Роль кардиналов в «деле тамплиеров» [1307-1308]

Дело тамплиеров было одним из важнейших вопросов папской политики в начале XIV века. В течение пяти лет, начиная с неожиданного ареста французских тамплиеров в октябре 1307 года и до окончательного роспуска ордена Вьеннским собором в марте 1312 года, папа Климент V [1305-1314] вел переговоры с Филиппом Красивым [1285-1314] о правильном способе действий против ордена, а позже и об использовании его имущества. Король, первым обвинивший тамплиеров в еретических действиях, различными способами пытался убедить папу немедленно осудить орден и конфисковать его богатства [On the negotiations between the King of France and the Pope concerning the Templars’ affair, see especially: E. Boutaric, Clément V, Philippe le Bel et les Templiers, Revue des questions historiques 10: 1871, pp. 301-342; 11: 1872, pp. 5-42; G. Lizerand, Clément V et Philippe le Bel, Paris 1910, passim; B. Frale, Il Papato e il processo ai Templari, Roma 2003; M. Barber, The Trial of the Templars, New York 2006 [II edition], passim.]. Однако окончательное решение о судьбе церковного учреждения оставалось за папой. Его отношение к делу тамплиеров, особенно на начальном этапе разбирательства, начиная с ареста и до августа 1308 года, когда было принято решение о начале официального расследования против всего ордена и его членов, остается неясным и не может быть объяснено лишь как следствие постоянной борьбы с Филиппом Красивым. Однако, кажется, более тщательное изучение другого элемента политической ситуации того времени может дать некоторые дополнительные объяснения.

Следует помнить, что папа, будучи самой важной фигурой в римско-католической церкви, был окружен группой кардиналов, участвовавших в принятии важнейших решений и имевших значительное влияние на его политику. Со второй половины XIII века политическое значение членов Священной коллегии постепенно возрастало. Это было отчетливо видно уже во время понтификата Бонифация VIII [1294-1303] и еще более заметно во времена Климента V [J. Lulves, Die Machtbestrebungen des Kardinalcollegiums gegen das Papsttum, Mitteilungen des öster. Instituts für Geschichtsforschung 35: 1914, pp. 465-466; R. Gaignard, Le gouvernement pontifical au travail: L’example des dernières annés du règne de Clément V, 1er aôut 1311-20 avril 1314, Annales de Midi 72: 1960, p. 208; B. Guillemain, La cour pontificale dAvignon (1309¬-1376): Étude d’une société, Paris 1962, pp. 181-183; E. Pasztor, Onus apostolicae sedis: Curia romana e cardinalato nei secoli XI-XV, Roma 1999, pp. 350-351.]. Рост политического значения Священной коллегии сопровождался значительными изменениями в ее составе. В XIV веке Папы стали чаще выбирать в качестве своих советников рядовых членов коллегии, а не богословов, как это было раньше. Это стало следствием возросшей роли права в политической и общественной жизни [Guillemain, (as n. 2), pp. 217-219; S. Menache, Clement V, Cambridge 1998, p. 47.]. Вследствие этого значение Священной коллегии еще больше возросло.

Политическая ситуация в папской курии во время понтификата Климента V была довольно сложной. Его избранию на папский престол предшествовали очень долгие дискуссии между двумя противоборствующими партиями кардиналов, возникшими во время конфликта между Филиппом Красивым и Бонифацием VIII [Lizerand, (as n. 1), pp. 13-16; G. Fornaseri, Il conclave perugino del 1304-1305, Rivista di Storia della Chiesa in Italia 10: 1956, pp. 323-344; J. Favier, Philippe le Bel, Paris 1978, pp. 397-398; Menache, (as n. 3), pp. 11-12.]. Обе стороны согласились избрать Бертрана де Го, поскольку считали, что он сможет реализовать их политические цели. Будучи архиепископом Бордо, в 1302 году он участвовал в Парижском собрании, созванном Филиппом Красивым против папы, а несколько месяцев спустя отправился в Рим на собор, созванный Бонифацием VIII против короля Франции. Тем не менее, он поддерживал хорошие отношения с обеими сторонами конфликта [On the participation of Bertrand de Got in both assemblies, and its consequences, see: G. Lizerand, op. cit., pp. 33-35; Menache, (as n. 3), p. 12.]. Однако вскоре после коронации стало очевидно, что Климент V собирается строить свою политику на тесном сотрудничестве с французским двором. Новый папа в своей первой энциклике, изданной через два дня после коронации, объявил организацию нового крестового похода главной целью своего понтификата [Registrum Simonis de Gandavo diocesis Sarebiriensis, AD 1297-1315, ed. C. T. Flower, M. C. B. Da-wes, Vol. 1, Oxford 1914, pp. 220-223; Menache, (as n. 3), p. 101.]. Филипп Красивый был его важнейшим партнером в достижении этой цели. Поэтому Климент V прилагал усилия для поддержания хороших отношений с французским королем. В первые годы своего понтификата он предоставил много привилегий Филиппу Красивому и французской короне [On Clement V’s policy towards the French Crown during the first years of his pontificate, see: Lizerand,(as n. 1), pp. 55-57.]. Это стало причиной постоянного противодействия папской политике со стороны ряда кардиналов. Папа осознавал, какие трудности это могло вызвать, и попытался решить эту проблему, назначив десять новых кардиналов через два месяца после своей коронации, в декабре 1305 года. Среди них были родственники, друзья и лица, тесно связанные с французским и английским дворами [Secunda Vita Clementis V auctore Ptoleameo Lucensi ordinis praedicatorum (excerpta ex Histo¬ria Ecclesiastica) in: Vitae Paparum Avenionensum, éd. E. Baluze, rééd. G. Mollat, vol. 1, Paris 1914, p. 25; Tertia vita Clementis V auctore Bernardo Guido nis, episcopo lodovensis (excerpta e Catalogo brevi romanorum pontificum) in: Vitae Paparum Avenionensum, éd. E. Baluze, réed. G. Mollat, vol. 1, Paris 1914, p.55; Menache, (as n. 3), pp. 40-43.]. Они стали его ближайшими соратниками и участвовали в принятии важных решений и в переговорах с главными политическими партнерами Апостольского Престола. Однако это не полностью устранило влияние тех кардиналов, которые выступали против профранцузской политики Климента V [On the political situation in the curia during the pontificate of Clement V, see : T. Schmidt, Der Bonifaz — Prozess. Verfahren der Papstanklage in der Zeit Bonifaz’VIII. und Clemens’ V, Köln¬-Wien 1989, pp144-178; Pasztor, (as n. 2), pp. 353-354.]. Очень глубокие разногласия внутри Священной Коллегии также стали очевидны при обсуждении различных аспектов дела тамплиеров.

Цель данной статьи — показать, как оппозиция кардиналов повлияла на решения папы и на роль его ближайших соратников на первом этапе разбирательства, начиная с ареста французских тамплиеров и заканчивая августом 1308 года, когда Климент V решил начать расследование против всего ордена и его членов.

Незадолго до ареста французских тамплиеров атмосфера в курии была довольно напряженной. Весной 1307 года Филипп Красивый встретился с папой в Пуатье. Они обсудили различные вопросы: подготовку к новому крестовому походу, условия мира между Францией и Англией и предполагаемые преступления тамплиеров [On the meeting in Poitiers in the spring of 1307 and its results, see: Lizerand, (as n. 1), pp. 65-71.]. По словам итальянского хрониста, тесно связанного с папской курией, Птолемея Луккского, кардиналы сочли требования, выдвинутые тогда Филиппом Красивым, «абсурдными» и посчитали, что он желает превзойти авторитет светского правителя [Secunda Vita (as n. 8), p. 28.]. Однако это не испортило хороших отношений между папой и королем.

24 августа 1307 года Климент V сообщил королю Франции о своем решении начать официальное расследование предполагаемых преступлений ордена. Однако он подчеркнул, что ни он, ни Священная Коллегия не считают обвинения правдивыми. По просьбе Великого магистра, Жака де Моле, он распорядился провести расследование. Оно должно было начаться примерно в середине октября [Boutaric (as n. 1), pp. 324-325.]. Это письмо ясно показывает отношение папы и кардиналов к делу тамплиеров в то время.

Несколько месяцев спустя, 14 октября, Климент V узнал о неожиданном аресте французских тамплиеров накануне. Несмотря на папское заявление от августа 1307 года, Филипп Красивый решил принять меры против тамплиеров без ведома и разрешения Апостольского Престола. Климент V немедленно созвал всех кардиналов на консисторию на следующий день [H. Finke, Papsttum und Untergang der Templerordens, (henceforth PUT), t. 2, München 1907, no 39, pp. 58-59.]. В результате долгих обсуждений 27 октября 1307 года Папа издал буллу Ad preclaram sapientiae, в которой решительно осудил действия французского короля как лобовое посягательство на авторитет папства и Римской Церкви. Он также потребовал передать дело своим представителям. Однако в том же письме он подчеркнул, что решил направить в Париж двух кардиналов, хорошо известных и уважаемых Филиппом Красивым — Берегнера Фредоля и Этьена де Сюизи [Boutaric (as n. 1), pp. 332-335.]. Оба этих человека принадлежали к группе кардиналов, назначенных в декабре 1305 года. Фредоль был капелланом Бонифация VIII; однако во время конфликта между королем Франции и папой он участвовал как в Римском синоде, так и в Парижском собрании, и с тех пор Филипп Красивый считал его своим другом [J. P. Migne, Dictionnaire des cardinaux, Paris 1857, col. 94; P. Viollet, Berénger Frédol, canoniste in: Histoire littéraire de la France, vol. 34, Paris 1914, pp. 80-81; Menache, (as n. 3), p. 42, n. 37.]. Сюизи поддерживал Филиппа Красивого во время конфликта с Бонифацием VIII. Он был назначен канцлером французского короля примерно в 1303 году. Когда он стал кардиналом, Филипп Красивый предоставил ему ежегодную пенсию [Migne (as n. 15), col. 886-887; L. Perrichet, La grande chancellerie de France des origines à 1328, Paris 1912, p. 524; Menache (as n. 3), p. 42, n. 39.]. В течение нескольких лет Фредоль и Сюизи выступали посредниками между папой и королем Франции и участвовали в важнейших секретных переговорах между обеими сторонами.

В результате визита в Париж папа изменил свое отношение к делу тамплиеров. В булле Pastoralis praeeminentiae от 22 ноября 1307 года он приказал всем христианским правителям арестовать всех тамплиеров на своих территориях и конфисковать их имущество. Он также объяснил, почему король Франции решил арестовать членов ордена. Филипп Красивый принял меры против тамплиеров по просьбе французских инквизиторов и прелатов [Foedera, Conventiones, Literae et Cuiuscunque Generis Acta publica, ed. T. Rymer, vol. 1, part 4, La Haye 1745, pp. 99-100. For different oppinions on the reasons of issuing the bull Pastoralis praeeminentiae, see: C. — V. Langlois, Le procès des Templiers, Revue des Deux Mondes 61: 1891, p. 403; A. Beck, Der Untergang der Templer: größter Justizmord des Mittelalters, Freiburg 1992, s. 79; Menache (as n. 17), p. 217; A. Demurger, Les Templiers. Une chevalerie chrétienne au Moyen Âge, Paris 2005, p. 444; Barber (as n. 1), p.73; M. Satora, Polityka Klemensa V wobec sprawy templariuszy w pierwszych miesiycach po aresztowaniu czlonków zakonu (1307-1308), Przeglad Historyczny, 100: 2009, pp. 244-245.]. По-видимому, по крайней мере некоторые кардиналы не разделяли нового отношения папы. Согласно письму каталонского корреспондента Бернара де Баньюльса, писавшего своему брату — прецептору Гардени в Арагоне — в начале 1308 года, после визита кардиналов в Париж, в курии состоялось обсуждение дела тамплиеров. На консистории десять новых кардиналов предложили уйти в отставку, поскольку не считали Климента V, назначившего их, истинным папой. На вопрос о причинах такого заявления они ответили, что папа всегда был владыкой мира, более могущественным, чем все светские правители. По их мнению, Климент V находился под влиянием Филиппа Красивого и подчинялся его воле. В качестве примера они привели дело тамплиеров. Они считали, что папа допустил уничтожение невинного, повсеместно уважаемого ордена [PUT (as n. 13) vol. 2, no 71, pp. 110-111.].

Историки сходятся во мнении, что, даже если письмо не совсем достоверно, оно отражает атмосферу в курии в последние месяцы 1307 [Barber (as n. 1), p. 94; B. Frale, The Chinon chart. Papal absolution to the last Templar Master Jacques de Molay, Journal of Medieval Studies 30: 2004, p. 123.]. Мнение о том, что Климент V находился под влиянием Филиппа Красивого, безусловно, неоднократно высказывалось членами антифранцузской партии кардиналов. Однако трудно сказать, были ли кардиналы, назначенные Климентом V, также против политики папы в то время. Это кажется маловероятным, но не исключено.

В том же письме каталонский корреспондент также предоставил еще одну информацию. Он писал, что после консистории Климент V решил снова отправить Фредола и Суизи в Париж для выполнения миссии, начатой ими двумя месяцами ранее. По словам Байнульса, на этот раз папа велел кардиналам пригрозить отлучением от церкви Филиппа Красивого и его королевство, если тот не согласится выполнить распоряжения Апостольского Престола [PUT (as n. 13) vol. 2, no 71, p. 110.]. Однако других источников, подтверждающих эту последнюю информацию, нет. Напротив, письмо Климента V королю от 1 декабря 1307 года, в котором папа объявил, что во второй раз отправит кардиналов в Париж, свидетельствует об отсутствии конфликта между ними в то время. Папа похвалил Филиппа Красивого за его заявления о намерениях защитить Веру и Церковь. Затем он попросил короля разрешить Фредолю и Суизи взять на себя ведение дел против тамплиеров в соответствии с более ранними заверениями Филиппа [Collectio actorum veterum in: Vitae Paparum Avenionensum, éd. E. Baluze, réed. G. Mollat, vol. 3, Paris 1921, pp. 91-92.]. В письме от 24 декабря Филипп Красивый пообещал выполнить просьбы папы [Ebd, pp. 92-94.]. Более того, угроза отлучения от церкви не упоминалась в более позднем письме на каталонском языке, описывающем ход второго визита кардиналов в Париж. Его автор — некий Легет Ф., писавший своему брату на Майорку, — просто сообщил, что представители папы приехали в Париж во второй раз, чтобы лично допросить тамплиеров, которых им не удалось допросить во время первого визита [PUT (as n. 13), vol. 2, no 75, pp. 115-116.]. Таким образом, остается вопрос, существовала ли какая-либо связь между протестом кардиналов против папской политики и решением отправить Фредола и Суизи в Париж во второй раз. Похоже, что связь была. В булле Ad preclaram sapientiae Климент V потребовал от короля Франции передать дело в ведение Церкви. Филипп Красивый объяснил представителям папы, что он действовал по просьбе прелатов и инквизиторов. Этого, безусловно, было достаточно для Климента V, но недостаточно для Священной Коллегии. В результате этого папа приказал всем христианским правителям арестовать тамплиеров; но кардиналы не согласились с этим решением. Только после их решительного протеста Климент V решил убедиться в истинной виновности тамплиеров и в том, что французские инквизиторы действуют в соответствии с законом. Для этого он хотел, чтобы тамплиеров допросили его ближайшие советники. Именно поэтому Фредоль и Сюизи лично встретились с Великим магистром и другими братьями только в декабре 1307 года, во время своего второго визита в Париж.

Из письма легата мы также узнаем, что Жак де Моле и другие братья, давая показания в присутствии кардиналов в декабре 1307 года, отрицали все, что ранее признавали [Ibidem, p. 117.]. Примерно через месяц Климент V издал буллу, приостанавливающую деятельность французских инквизиторов. Булла не сохранилась, поэтому мы не знаем, как именно он обосновал свое решение. Однако несколько месяцев спустя, в июне 1308 года, папа упомянул о некоторых сомнениях относительно подлинности показаний тамплиеров, данных французским инквизиторам. Как рассказал английский посланник в курии, во время публичного консистория, когда обсуждалось дело тамплиеров, Климент V сказал, что иногда лица, обвиняемые в ереси, признавались только из-за страха пыток, и существовало подозрение, что это была истинная причина признаний французских тамплиеров [L. Blancard, Documents relatifs au procès des Templiers en Angleterre, Revue des sociétés savantes, 4th. ser. 6: 1867, p. 417.]. Согласно каноническому праву, если признание, сделанное во время допроса с применением пыток, не было добровольно повторено впоследствии, оно не могло быть использовано в качестве доказательства в дальнейшем разбирательстве [P. Kras, Ad abolendam diversarum haeresium pravitatem. System inkwizycyjny w sredniowiecznej Europie, Lublin 2006, s. 219.].

Поэтому, когда Жак де Моле и другие братья отрицали все признанное, оснований для инквизиционного производства больше не было, и папа был обязан приостановить действия французских инквизиторов, независимо от его отношения к делу тамплиеров. Из одного из его более поздних писем к Филиппу Красивому следует, что это решение было решительно поддержано Священной коллегией. Во время переговоров в Пуатье летом 1308 года папа пообещал королю, что попытается убедить кардиналов изменить свое мнение по этому вопросу [Boutaric (as n. 1), p. 12.]. Следовательно, можно предположить, что если бы папа не принял решение приостановить действия французских инквизиторов, ему пришлось бы столкнуться с еще одним глубоким кризисом в Курии.

В ответ на решение Климента V Филипп Красивый начал пропагандистскую кампанию, направленную на то, чтобы убедить папу возобновить разбирательство. Король созвал собрание сословий и попросил магистров теологии Парижского университета разъяснить некоторые юридические проблемы, касающиеся дела тамплиеров [Le Dossier de lAffaire des Templiers, éd. et trad. par G. Lizerand (Les classiques de l’Histoire de France au Moyen Âge), Paris 1923, pp. 56-62 and 102-106. On the propaganda campaign of the French court in 1308, see especially: Barber, (as n. 1), pp. 95-105; M. Satora, Spoleczny odbiórprocesu i upadku zakonu templariuszy we Francji w pierwszejpolowie XIV wieku, Malbork 2008, pp. 13-73, passim.]. Это была эффективная стратегия, поскольку, вероятно, уже в апреле 1308 года, вскоре после того, как магистры университета ответили на вопросы Филиппа Красивого [Le Dossier, pp. 62-70.], Климент V изменил свое мнение. Согласно письму анонимного корреспондента, обращавшегося к командорам тамплиеров в Гардени и Аско, кардинал Фредоль сообщил ему, что во время консистории, состоявшейся в середине апреля, папа заявил, что вопрос о роспуске ордена уже решен, и необходимо обсудить дальнейшую судьбу имущества тамплиеров. Однако один французский кардинал, который также был юристом, напомнил папе, что первый вопрос, который необходимо решить, должен касаться лиц, а затем можно говорить об их имуществе. Климент V ответил ему, что это будет обсуждаться на встрече с Филиппом Красивым в Пуатье, запланированной на следующий месяц [PUT (as n. 13), vol. 2, no 78, p. 123.]. Из этого письма следует, что к этому моменту папа уже принял важнейшее решение по делу тамплиеров, но не мог немедленно его осуществить только из-за возражений одного из кардиналов относительно юридических аспектов. Эта дискуссия показывает, что даже французские кардиналы иногда открыто критиковали решения Климента V, и что ему приходилось учитывать их мнение.

Филипп Красивый прибыл в Пуатье 26 мая 1308 года. Он не знал, что Климент V уже принял решение продолжить разбирательство против тамплиеров. Поэтому во время публичного консистория, состоявшегося 29 мая, один из ближайших советников короля, Гийом де Плезиан, произнес речь, в которой яростно напал на папу за затягивание осуждения тамплиеров [Ebd., no 88, pp. 140-150; Le Dossier, pp. 110-124.]. Он повторил те же обвинения и требования немедленного осуждения ордена 14 июня [Le Dossier, pp. 124-136.]. Папа сначала ответил, что не готов принять окончательное решение по делу тамплиеров, а затем попросил Филиппа Красивого передать Апостольскому Престолу всех братьев, все еще содержащихся в французских тюрьмах [PUT (as n. 13) vol. 2, no 88, pp. 148-150; Blancard (as n. 25), p. 417.].

К сожалению, нет информации о позиции Священной коллегии в отношении суда над тамплиерами в то время. Однако, похоже, что нападки Плезиана на папу могли лишь усугубить антифранцузские настроения части Священной коллегии. Несколько месяцев спустя, в 1309 году, некоторые кардиналы все еще считали дело тамплиеров «глупостью» и полагали, что оно может опозорить Церковь [PUT (as n. 13) vol. 2, no 101, p. 183.].

После первых дебатов на публичных консисториях начались тайные переговоры. Филипп Красивый представил Клименту V полный план управления имуществом тамплиеров. Он также пообещал передать братьев, остающихся во французских тюрьмах, представителям Апостольского Престола [Boutaric (as n. 1), p. 9.]. Папа принял большинство предложений и пообещал, что попытается убедить кардиналов согласиться на отмену отстранения французских инквизиторов [Ebd., pp. 11-12.]. Это означает, что папа не мог принять это решение без согласия Священной Коллегии.

В результате переговоров Филипп Красивый приказал доставить семьдесят два тамплиера в Пуатье, чтобы они дали показания перед папой. Историки обычно считают, что король выбрал братьев, от которых ожидалось признание во всех преступлениях, в которых их обвиняли [Menache (as n. 3), pp. 224-225; Frale (as n. 19), p. 125; Barber (as n. 1), p. 120; A. Demurger, Jacques de Molay. Le crépuscule des Templiers, Paris 2007, p. 251.], но подтверждающих это источников нет. Сначала они давали показания перед комиссией кардиналов, созданной папой и состоящей из его ближайших советников. Слушания были тайными. Почти все тамплиеры признали себя виновными в предъявленных им обвинениях [On the testimonies of individuals brothers, see: Barber (as n. 19), pp. 116-121.]. Только после этого они повторили свои показания в присутствии всего Священного Коллегии. Через несколько дней их показания были переведены и зачитаны на публичном консистории, после чего папа полностью отпустил им грехи. Сразу после этого Климент V решил отменить свое решение о приостановлении деятельности французских инквизиторов и возобновить расследование в отношении отдельных тамплиеров [Livre de Guillaume le Maire, éd. C. Port in : Mélanges historiques, choix de documents, vol. 2 (Collection des Documents Inédits sur l’Histoire de France), Paris 1874, pp. 234-239]. Несколько недель спустя, в булле Faciens misericordiam, он также распорядился начать разбирательство против всего Ордена [Livre, pp. 251-257.]. В этом документе папа также сообщил, что хотел лично допросить великого магистра и других лидеров тамплиеров, но они не добрались до Пуатье. Из-за болезни они остались в королевском замке в Шиноне, недалеко от Пуатье. Историки обычно считают, что именно Филипп Красивый помешал им дать показания перед папой [M. L. Bulst-Thiele, Der Prozeß gegen den Templerorden in : Die geistlichen Ritterorden Europas, hrsg. v. J. Fleckenstein, M. Hellmann, Sigmaringen 1980, p. 386; Beck (as n. 17), pp. 107-108; Frale (as n. 19), p. 125; Barber (as n. 1), p. 120-121; Demurger (as n. 17), p. 251.], но, похоже, возможно и другое объяснение. Климент V решил отправить туда трех кардиналов: Фредоля, Сюизи и итальянца Ландольфо Бранкаччо [Branccacio was appointed cardinal by Celestin V in 1294. During the pontificates of Boniface VIII and Clement V he participated in many diplomatic missions. He was in the pro — French party of cardinals during the conclave of Perugia in 1305 — Migne (as n. 15), col. 590-591; Lizerand (as n. 1), p. 14.], чтобы допросить заключенных от его имени [Livre, pp. 254-255.]. Они отправились в Шинон только после окончания встречи в Пуатье, в середине августа 1308 года, после того как решение о возобновлении расследования уже было принято и объявлено, и Филипп Красивый покинул Пуатье. Нет оснований полагать, что результаты слушаний Великого магистра и его соратников могли изменить позицию папы. Если бы французский король не был убежден в том, что вопрос о возобновлении разбирательства против тамплиеров решен, он бы не завершил переговоры и не покинул Пуатье. По этой причине, кажется, у него не было причин препятствовать даче показаний лидерами тамплиеров перед папой; в то время как Климент V находился в совершенно иной ситуации. Он хотел продолжить разбирательство против тамплиеров, как и заявил в апреле 1308 года, но должен был действовать в соответствии с церковным правом. Когда великий магистр и другие лидеры отрицали свои признания, папа приостановил инквизиционное разбирательство. Если он хотел продолжить расследование, ему нужно было убедить Священную коллегию в безосновательности их прежних сомнений. Ему это удалось за месяц до этого, когда признания братьев, привезенных Филиппом Красивым в Пуатье, были представлены всем членам Священной коллегии. Если бы Жак де Моле повторил свое заявление от декабря 1307 года перед кардиналами, это могло бы вызвать новые протесты со стороны Священной коллегии. Вероятно, именно поэтому Климент V не хотел, чтобы великий магистр и его соратники приехали в Пуатье. Результаты слушаний в Шиноне, похоже, подтверждают этот тезис.

В течение нескольких дней три кардинала, посланные папой, допрашивали Жака де Моле и других высокопоставленных лиц. Согласно протоколу этого слушания, все они признались почти во всех преступлениях, в которых обвинялся Орден. После этого кардиналы от имени папы отпустили им грехи. Климент V изложил результаты этого слушания в булле Faciens misericordiam [Livre, p. 255.]. Однако несколько месяцев спустя Жак де Моле опроверг официальную версию событий, произошедших в Шиноне. В ноябре 1309 года его вызвала папская комиссия, проводившая расследование в отношении ордена в целом в Париже. Комиссары спросили его, хочет ли он защитить орден, а затем зачитали наиболее важные документы, касающиеся дела тамплиеров. Во время зачитывания буллы Faciens misericordiam и других документов, касающихся его признания перед тремя кардиналами, он проявил сильное волнение. Он внезапно дважды перекрестился и сказал, что ему есть что сказать, если будут присутствовать некоторые лица [Le Procès des Templiers, éd. J. Michelet, (Collection des Documents Inédits sur l’Histoire de France), Paris 1841-1851, vol. 1, p. 34.]. Историки долгое время пытались прояснить, что же на самом деле произошло в Шиноне. В начале XX века Поль Виолле считал, что кардиналы сфальсифицировали записи из Шинона, желая защитить тамплиеров от Филиппа Красивого [P. Viollet, Les interrogatoires de Jacques de Molay, grand maître du Temple. Conjectures, Mé¬moires de l’Académie des inscriptions et belles — letters 38: 1909, p. 10.]. М. Барбер предложил другое объяснение. Он полагал, что Жак де Моле был сбит с толку и «сломлен» двумя годами заключения, и поэтому не помнил, что говорил более года назад [Barber (as n. 1), p. 145.]. Однако, хотя, по-видимому, кардиналы действительно изменили содержание протоколов, они сделали это не для того, чтобы помочь Жаку де Моле и его сподвижникам, а чтобы помешать Священной Коллегии препятствовать исполнению папских решений. Тем самым они исполняли приказы Климента V [See: M. Satora, Przyczyny zmiany zeznan wielkiego mistrza templariuszy Jakuba de Molay w la- tach 1307-1314, (Studia z Dziejów Sredniowiecza, nr 14), pp. 265-284.]. Вероятно, они поступили так же во время слушаний семидесяти двух братьев, доставленных в Пуатье Филиппом Красивым. Кардиналы, которые сначала допрашивали их на тайных заседаниях, убедили их признаться, вероятно, пообещав им отпущение грехов. Только после этого братья дали показания перед всеми кардиналами.

Принимая во внимание все вышесказанное, можно, наконец, отметить, что влияние Священной Коллегии на действия папы с начала разбирательства против французских тамплиеров до лета 1308 года было гораздо значительнее, чем обычно считают ученые. Прежде всего, кардиналы пытались помешать Клименту V принимать решения, противоречащие церковному праву. По-видимому, это был самый важный аргумент в руках кардиналов, выступавших против профранцузской политики Климента V. В связи с их протестом папа решил во второй раз, в декабре 1307 года, отправить Фредоля и Сюизи в Париж. Результатом этого визита стало то, что Климент V был вынужден приостановить инквизиционное разбирательство против французских тамплиеров. Несколько месяцев спустя, в апреле 1308 года, вероятно, после консультации с университетскими магистрами, папа счел вопрос о роспуске ордена уже решенным. С этого момента он принялся устранять все препятствия для продолжения разбирательства против тамплиеров. Для этого во время встречи в Пуатье он помешал Священной Коллегии заслушать показания великого магистра и других братьев. Единственными лицами, участвовавшими в тайных допросах, были ближайшие советники Климента V. По-видимому, они повлияли на содержание показаний, чтобы предоставить папе основание для возобновления разбирательства против ордена. Это может объяснить некоторые элементы дела тамплиеров, которые до сих пор оставались неясными.

Магдалена САТОРА
Перевод с английского

Тамплиеры и катары [СВЯТАЯ ИНКВИЗИЦИЯ. Сериал 2014]

ВКонтакте

Вам также может понравиться