Бароцио, магистр Ломбардии

Бароцио. Магистр Ломбардии

Ни один источник не упоминает о присутствии военно-монашеских орденов в составе крестоносцев. После завоевания византийской столицы присутствие тамплиеров в окружении Балдуина I, нового императора Константинополя, засвидетельствовано двумя папскими посланиями, которые кроме того указывают на определенную связь с тамплиерами Ломбардии.

В письме, включенном в реестр папы Иннокентия III за октябрь 1204 года, говорится, что Barrochius, магистр тамплиеров в Ломбардии (in Lombardia domorum Templi magister), по просьбе Балдуина из Константинополя, вез из Греции драгоценные дары, предназначенные императором Папе Римскому [Videlicet carbunculum unum emptum (…) mille marcarum argenti, unum anulum pretiosum, examita quinque palliumque peroptimum ad altaris ornatum (один карбункул (…) тысяча марок серебром, кольца с драгоценностями, пять плащаниц для украшения алтаря) HAGENEDER, Othmar, HaIDACHER, Anton et alii (a cura di), Die register Innocenz’ III., 11 voll., H. Bohlaus-Verlag der Osterreichischen Akademie der Wissenschaften, Graz—Colonia-Vienna-Roma, 1964-2010, VII, doc. 141, p. 235.], и ad opus Templi [Duas yconas, unam habentem tres marcas aurei et aliam decem marcas argenti, cum ligno vivifice crucis et multis lapidibus pretiosis, duas crucis aureas et inter topazios, smaragdos et rubinos pene ducentos, unam cristallinam ampullam et duos scifos argenteos, unam sacellam desuper deauratam, duas capselas et unam ampullam argenteas et in super quinquaginta marcas argenti. Ibidem. (Два иконы в три марки золота и еще десять марок, и серебро, с деревом Животворящего Креста и многими камнями, драгоценными камнями, и два креста из золота с топазами, изумрудами и рубинами, почти две сотни, лампады и два куска серебра, один позолоченный)], когда его корабль была атакован у порта Модона (Modone) генуэзскими пиратами [См. также RlANT, Пол (редактор), Exuviae sacrae Constantinopolitanae, 2 voll., Ginevra, 1877-1878, rist. Parigi, 2004, I, p. CLV-CLVI.]. Понтифик обратился к подесте и людям из Генуи, чтобы те вернули добычу [О причине неучастия генуэзцев в IV Крестовом походе см.: ORIGONE, Sandra, «Genova e Venezia al tempo della Quarta Crociata», in Gherardo ORTALLI, Giorgio RAVEGNANI, Peter SCHREINER (a cura di), Quarta Crociata. Venezia-Bisanzio-Impero Latino, 2 voll., Istituto Veneto di Scienze Lettere ed Arti, Venezia, 2006, I, p. 96-124.].

Миссия в папской курии Barrochius или Бароцио (Barozio, вульгализированная форма, в которой имя этого сановника тамплиеров упоминается в регистрах, ныне утерянных), более четко определена в другом письме, написанном в том же 1204 году и также зарегистрированном. В нем папа ответил на послание Балдуина I, привезенного Бароцио, в котором император рассказывал о взятии Константинополя и об оправдании рождения новой латинской империи [HAGENEDER, Othmar, HaIDACHER, Anton et alii (a cura di), Die register Innocenz’ III., VII, doc. 153, p. 262-263. Он подтверждает, что тамплиеры и другие легаты передали письмо императора (также в реестре, ibi, VII, doc. 152, p. 253-262) и ROSSINI, Giuseppe (под редакцией), MAGISTER TOLOSANUS, Chronicon Faventinum, Rerum Italicarum Scriptores. Raccolta degli storici Italiani dal cinquecento ad millecinquecento, 28/1, Zanichelli, Bologna, 1936, p. 102.]. Благодаря этим двум письмам мы, таким образом, информированы о том, что магистру храмовников предстояло сыграть сложную роль посредника в связях между понтификом и новым Константинопольским двором. Учитывая важность и деликатность этой миссии, он, безусловно, был высоко ценим императором. Таким образом доверие, оказанное Балдуином Бароцио, дает повод утверждать, что его знакомство с сановником тамплиеров было далеко не поверхностным.

К сожалению, нет никаких документальных свидетельствует о присутствии Бароцио среди участников IV Крестового похода. Однако его отлучка подтверждается фактом его отсутствия в 1203 году на капитуле Ломбардской провинции, которая проходила в Асти и где решался вопрос о продаже значительной части орденской собственности. Вместо него согласие на проведение этой операции дал магистр Италии Аймерико де Салис (Aimerico de Saliis) [Il «Libro Rosso», doc. 46, p. 85.]. Важность сделки, безусловно, требовала присутствия властей орденской провинции, но не обязательно магистра Италии [Например, в 1247 году передача в аренду холма Монтемаджоре-аль-Савильяно (Comune di Savigliano) производилась Giacomo de Balma, уполномоченным Ордена тамплиеров в Ломбардии. TURLETTI, Casimiro, Storia di Savigliano, 4 voll., Tipografia Bressa, Savigliano, 1879-1890, II, p. 263-264.]. Поэтому вероятней всего, Аймерико замещал Бароцио на время его отсутствия в связи с крестовым походом.

Также необходимо отметить, что Бароцио мог быть посланником папы Иннокентия III. Их вероятное знакомство могло состоятся в те времена, когда магистр имел спор с епископом Тортона. По всей вероятности, первое упоминание, относящееся к Бароцио, относится к 1200 году, когда он уже значится как магистр Ломбардии. Это утверждение весьма условно, потому что в этом первом упоминании имя сановника тамплиеров сокращено до инициалов [FRIEDBERG, Emil, RICHTER Emil Ludwig (a cura di), Decretales Gregorii IX, in Corpus Iuris Canonici 2, Akademische Druck u. Verlagsanstalt, Leipzig 18792, l. II, t. XIII, c. 12, col. 285 (X 2. 13. 12).]. Большая вероятность того, что Б., магистр тамплиеров Ломбардии, приведенный в акте 1200 года и фактически участвующий в споре с епископом Тортоны — это Бароцио, вытекает из более позднего документа, в котором он упоминает как получатель инвестиций Павийской больнице Св. Евстахия де Верзарио (S. Eustachio de Verzario), вверенной тамплиерам в 1201 году [ROBOLINI, Giuseppe, События, связанные с историей его родины собраны и проиллюстрированы, 6 voll., Fusi, Pavia, 1823-1838, IV, p. 68.], а затем утвержденной за ними в 1205 году [SAVIO, Carlo Fedele, Gli antichi vescovi d’Italia dalle origini al 1300 descritti per regioni. Lombardia, 2 voll., Libreria Editrice Fiorentina-Tipografia Editrice S. Alessandro, Firenze-Bergamo, 1913-1932, II, p. 449. Этот документ как и предыдущий, к сожалению, больше не находятся в архивах Павии. Благодарю професмсора Xenio Toscani за любезную помощь, оказанную мне в исследовании этих пергаментов.].

Объектом спора с епископом Тортона был дом, принадлежавший семье Умилиати (Umiliati), а затем переданный тамплиерам. Первые попросили основать храм в местечке Calventiae в Уго (Calventiae ad Ugo). Епископ Тортона (1183-1193) дал им землю при условии, что там будет построена часовня и госпиталь ad honorem Dei et B. Virginis [SAVIO, Carlo Fedele, Gli antichi vescovi d’Italia dalle origini al 1300 descritti per regioni. Piemonte, Bocca, Torino, 1899, p. 397.]. Некоторое время спустя Б., магистр храмовника Ломбардии, желая получить этот место для того, чтобы объединить его с соседним Casei Gerola, убедил Умилиати передать тамплиерам это поселение. Передача должна была происходить только с согласия епископа, но магистр Храма завладел местом, не дожидаясь подтверждения. Последний не дал своего разрешения и тамплиеры были изгнаны силой Calventia con la forza [Спор упоминается в ALBERZONI, Maria Pia, Città, vescovi, e papato nella Lombardia dei comuni, Interlinea, Novara, 2001, p. 119-120 e ANDREWS, Francis, The Early Humiliati, Cambridge University Press, Cambridge, 2000, p. 53-54, 73, 86, 142.].

Арбитрами, назначенными Иннокентием III для решения вопроса, и изложившие суть проблемы понтифику viva voce, были аббаты Пьетро ди Луседио Pietro di Lucedio) и Бойамундо ди Чиаравалле делла Коломба (Boiamundo di Chiaravalle della Colomba) [Об этих священниках см.: MOORE, John Clare, «Peter of Lucedio (Cistercian Patriarch of Antioch) and Pope Innocent III», Romische Historische Mitteilungen, 29, 1987, Roma, p. 221-249; ALBERZONI, Città, p. 57-66, 100-104, 115-136, 239-245; ALBERZONI, Maria Pia, «Dal cenobio all’episcopio. I vescovi cistercensi nell’Italia occidentale all’inizio del XIII secolo», in L’abbazia di Lucedio e l’ordine cistercense nell’Italia occidentale dei secoli XII e XIII. Atti del terzo congresso storico vercellese. Vercelli, 24-26 ottobre 1997, Società Storica Vercellese, Vercelli, 1999, p. 139-182; ALBERZONI, Maria Pia, «Innocenzo III e la riforma della Chiesa in Lombardia, Prime indagini su ‘visitatores e provisores’», Quellen und Forschungen aus italienischen Archiven und Bibliotheken, 73, 1993, Roma, p. 122-178; RAPETTI, Anna Maria, La formazione di una comunità cistercense: istituzioni e strutture organizzative di Chiaravalle della Colomba tra XII e XIII secolo, Herder, Roma, 1999 (Italia Sacra, 62), p. 93; ANDENNA, Cristina, «La memoria liturgica di una canonica regolare della “Lombardia medievale”», in Michael BoRGOLTE, Cosimo Damiano FONSECA, Hubert HoUBEN (a cura di), Memoria. Ricordare e dimenticare nella cultura del medioevo. Trento, 4-6 aprile 2002, Il Mulino-Duncker & Humblot, Bologna-Berlino, 2005, p. 270-271, 284 (Annali dell’Istituto storico italo-germanico in Trento. Contributi, 15); CARIBONI, Guido, La via migliore. Pratiche memoriali e dinamiche istituzionali nel liber del capitolo dell’abbazia cistecense di Lucedio, LIT, Berlino, 2005 (Vita regularis. Editionen, 3), p. 68-71.]. Два главных аудитора — Джованни, священник Санто Стефано в Целомонте (di Santo Stefano in Celiomonte) и Уголино, главный диакон Сант-Эустасио/ Sant’Eustachio (будущего папы Грегория IX), также обсудили причины спора [MALECZEK, Werner, Papst und Kardinalskolleg von 1191 bis 1216. Die Kardinàle unter Coelestin III. und Innocenz III., Verlag der Osterreichischen Akademie der Wissenschaften, Vienna, 1984 (Publikationen des Historischen Instituts beim Osterreichischen Kulturinstitut in Rom, I/6), p. 107-109, 128.]. В окончательном постановлении понтифик высказался в пользу обиженного архиепископа. Ценность этого вердикта подтверждается тем фактом, что он был включен в декреты Григория IX.

Несмотря на это решение, конфликту было суждено затянуться на долгое время. Еще пятнадцать лет спустя Иннокентий III жаловался на факт того, что tam iura mobilia quam immobilia (права на движимое и недвижимое) дома di Calventia все еще не возвращены тамплиерами [ThEINER Augustin (a cura di), Vetera monumenta Slavorum meridionalium historiam illustrantia, 2 voll., O. Zeller, Osnabrück, 1968, I, n° 190, p. 61.]. Таким образом дом оставался спорным [Предполагается, что план Бароцио объединить его с приютом Casei Gerola был доведен до конца, хотя мы и не знаем, когда фактически была произведена реституция, установленная Иннокентий III. Инвентаризационные записи, сделанные инквизитором Casei Gerola во время судебного процесса против ордена тамплиеров (1310 г.), упоминают Ecclesia Sancte Marie Campestris, расположенную недалеко от Calventia. Хотя у нас и нет абсолютной уверенности, что цитируемая здесь церковь, посвященная Деве Марии, и есть та, в действительности построенная в Umiliati, кажется знаменательным тот факт, что присутствие Ордена тамплиеров в этом районе подтверждается благодаря этому запоздалому свидетельству. TARLAZZI, Antonio (a cura di), Carte in appendice ai monumenti ravennati del conte Marco Fantuzzi, 2 voll., Tipografia Angeletti, Ravenna, 1875, I/2, doc. 339, p. 545.].

В этом, только что рассмотренном эпизоде, первое, что представляет интерес — возможная связь между магистром тамплиером Ломбардии, идентифицируемым как Бароцио, императором Балдуином и папой Иннокентием III. Во время конфликта в Calventia магистр Храма в Ломбардии встречался с Пьетро ди Луседио (Pietro di Lucedio), цистерцианским аббатом, следовавшим за крестовым походом, чтобы принять звание епископа Фессалоник (до 1208 г.) и затем патриарха Антиохийского (1209-1217) [Об отношениях между тамплиерами и цистерцианцами см.: TOMMASI, Francesco, «Per i rapporti tra Templari e Cistercensi. Orientamenti e indirizzi di ricerca», in Goffredo VITI (a cura di), I Templari. Una vita tra riti cavallereschi e fedeltà alla Chiesa. Atti del I Convegno «I Templari e S. Bernardo di Chiaravalle», Certosa di Firenze, 23-24 ottobre 1992, Certosa di Firenze, Firenze, 1995, p. 227-274. BELLOMO, The Templar Order, p. 154-155.].

Уже эти первые данные, несмотря на их бессвязность, представляют Бароцио, как персонажа, безусловно, заслуживающего внимание. Историография приписывает этого сановника к благородной венецианской семье Бароцци, одной из так называемых «апостольских семей», являвшимися самыми старинными линиями венецианского патрициата. С XI века они были одной из самых выдающихся семей правящего класса, принимавшие участие в венецианском завоевании Эгейских островов. Семья включала также патриарха Градо, Анджело (1207-1237), который, кстати, имел собственность в Греции. А также адвокатов Панкрацио (Pancrazio), Трибуно (Tribuno) и Джовани (Giovanni) [Например, Доменико Бароцци был судьей муниципалитета в 1167, а Джованни Бароцци приобретал эту же должность в 1200. Витале Бароцци занимал должность казначея в 1178 и в 1188 году, в котором Джованни Бароцци фигурирует как адвокат муниципалитета. CASTAGNETO, Andrea, «Il primo comune», in Storia di Venezia, 12 voll., Istituto dell’Enciclopedia italiana, Roma, 1991-2002, II, UETÀ del Comune, p. 114, 116-120; SPIAZZI, Gianfranco, «Barozzi Angelo», in Dizionario Biografico degli Italiani, VI, Istituto dell’Enciclopedia Italiana, Roma, 1964, p. 494-495; ORLANDO, Ermanno, «La proprietà ecclesiastica veneziana nei territori dell’impero latino», in ORTALLI, RaVEGNANI, SCHREINER (a cura di), Quarta Crociata, I, p. 246-247, 253-260.].

В действительности, история Barozzi является итогом различных ошибок и историографических приумножений, которые, главным образом, приписывают этой семье власть над островами Santorini и Terasia уже в первой фазе венецианского завоевания Киклады (Cicladi — архипелаг в южной части Эгейского моря — прим. пер.). В действительности источники не подтверждают этого. Господство было распространено на эти острова гораздо позже [Завоевание Эгейских островов произошло благодаря частной инициативе группы венецианцев во главе с Марко Санудо (Marco Sanudo). Традиция гласит, что в этом участвовал и Джакомо Бароцци. К сожалению, ни один из источников, которые мы получили, не подтверждает это утверждение. Согласно традиции, Джакомо сразу же получил острова Санторини и Теразия (Santorini e Terasia). Летописец Андреа Дандоло упоминает Санторини среди завоеваний венецианской экспедиции 1207 года, но прямо не указывает на Бароцци. Более того, венецианский автор имеет тенденцию в одно мгновение объединять достижения своих соотечественников в самые разные времена, чтобы упростить картину сложных операций оккупации Эгейских островов и представить как результат единой победоносной кампании. В самых ранних источниках нет упоминания об участии Бароцци в завоевании Терасии (Terasia) и вообще в экспедиции 1207 года. Эгейские острова управлялись венецианским патрициатом в режиме почти абсолютной автономии, и изначально связи с родиной были далеки от близких. Предполагается, что острова Санторини и Терасия Джакомо I Бароцци предоставил Марк Санудо в обмен на его верность. Тем не менее, нет никаких следов предполагаемой клятвы, данной Бароцци. Похоже, что первым членом семьи, формально носившим титул властителя этих островов, был Giacomo II в начале XIV века. BORSARI, Silvano, «Barozzi Iacopo», in Dizionario Biografico degli Italiani, VI, p. 501; RAVEGNANI, Giorgio, «La Romània veneziana», in Storia di Venezia, II, p. 197-200; BORSARI, Silvano, Studi sulle colonie veneziane in Romania nel XIII secolo, La buona stampa, Napoli, 1966, p. 35-37, 57, 78-82, 110, 137. О венецианском завоевании Эгейских островов см.: SAINT GUILLAIN, Guillaume, «Les conquérants de l’archipel. L’Empire Latin de Constantinople, Venise et les premiers seigneurs des Cyclades», in ORTALLI, RAVEGNANI, SCHREINER (a cura di), Quarta Crociata, I, p. 125-237.].

Еще одна историографическая гипербола, касающаяся семьи Barozzi, — приписывание магистра тамплиеров Ломбардии к этому роду, ошибочно принятую исследователями. Эта предполагаемая родословная первоначально была составлена Карлом Хопфом (Karl Hopf) в 1859 году. Но утверждения исследователя, по-видимому, основаны исключительно на омонимии между сановником Храма и венецианской семьей, о которой идет речь. Этому утверждению нет документальных доказательств [HOPF, Karl, Veneto-Byzantinische Analekten, Akademie der Wissenschaften, Vienna, 1859, rist. Amsterdam, 1964 (Sitzungsberichte der Kais. Akademie der Wissenschaften in Wien, Philosophisch-Historische Klasse; Bd. 32, Abh. 3), p. 20. На основании того, что высказал Хопф, недавние исследования приписывают Бароцио этой венецианской семье. См., например: Die register Innocenz III., VII, doc. 147, p. 235, nota 3; FRALE, Barbara, «La Quarta Crociata e il ruolo die Templari nei progetti di Innocenzo III», in ORTALLI, RAVEGNANI, SCHREINER (a cura di), Quarta crociata, I, p. 447-484; FRALE, Barbara, I Templari e la sindone di Cristo, Il Mulino, Bologna, 2009, p. 185. Уместно отметить, что в 1181 году Эрцимбальдо (Ercimbaldo), член иерусалимского госпиталя и приор St. Egidio di Venezia, заявлял о получения денег от Стефано Бароцци, прокурора San Marco, в присутствие тамплиеров Engelfredo и Martino. Этот факт предполагает тесное знакомство членов семьи Бароцци с Орденом тамплиеров, но не подтверждает принадлежность провинциального магистра Бароци к этой семье. MOROZZO DELLA ROCCA, Raimondo, LOMBARDO, Antonino (a cura di), Documenti del commercio veneziano nei secoli XI-XIII, Regesta Chartarum Italiae, XXXVI, Istituto Storico Italiano per il Medio Evo, Roma, 1940, I, doc. 324, p. 320-321.]. Следует отметить, что в сохранившихся источниках имя сановника тамплиеров, засвидетельствованное в латинских вариантах как Barochius и Barrochius или, как в утерчянных итальянских реестрах, Бароцио (Barozio), всегда означало лишь имя, данное при крещении магистра Ломбардии, за которым никогда не следовало никаких когноменов (индивидуального прозвища или наименования ветви рода, когномена — прим. пер.) Эта особенность, в случае реального венецианского происхождения магистра Храма, проявилась бы чуть ли не в единственном числе, поскольку в Венеции мы наблюдаем раннее развитие форм когноменов [Sull’onomastica veneziana si veda FOLENA, Gianfranco, «Gli antichi nomi di persona e la storia civile di Venezia», Atti del Reale Istituto Veneto di scienze, lettere ed arti, 129, 1970-1971, Venezia, p. 445-479; TOMASIN, Lorenzo, «Note di antroponomia veneziana medievale (con un testo inedito del primo Trecento)», Studi linguistici, 26, 2000, Roma, p. 130-148. In merito si rimanda anche a BERTO, Luigi Andrea, «Note e proposte per uno studio prosopografico della Venezia altomedievale», Studi Veneziani, 59, 2010, Venezia, in corso di stampa.].

Присвоенное этому сановнику при крещении имя Якопо (Iacopo), за которым стали присоединять фамилию Бароцци — недоразумение, которое трудно обьяснить и которое, возможно, связано с поспешными и неточными консультациями с работой Хопфа [Эта ошибка возникает в исследованиях Barbara Frale. В ее публикациях, искаженных другими различными недоразумениями (si veda ad esempio FRALE, «La Quarta Crociata», p. 468, nota 15, в которой автор утверждает, что штаб-квартира Ордена тамплиеров располагалась в храме Купол Скалы, Куббат ас-Сахра) венецианство Бароци приобретает первостепенное значение (ibi, p. 453, 466, 469-470, 471, 474, 475 et passim; FRALE, I Templari e la sindone, p. 185). Автор приписывает к семье Barozzi некого Андреа (Andrea), патриарха Аквилеи (Aquileia ) и якобы брат Бароци («La Quarta Crociata», p. 453). Он, однако, не фигурирует в патриарших списках, и это утверждение, вероятно, происходит из-за неточного прочтения работы Хопфа и списков Рианта., CLV, nota 21. Имя Андреа часто упоминается в родословной, но утверждения Барбары Фрейл даже не совпадают с генеалогическим деревом, предложенным самим Хопфом (p. 166). См. также об этом: NiCOLOTTI, Andrea, I Templari e la Sindone. Storia di un falso, Salerno Editrice, Roma, 2011, p. 101. Кажется очевидным, что история семьи Бароцци ждет скрупулезного и полного изучения (можно с удовольствием взять в качестве модели монографию о другой венецианской семье, отличившейся в завоевании Эгейских островов: LOENERTZ, Raymond J., Les Ghisi, dynastes vénitiens dans l’archipel. 1207-1390, Olshki, Firenze 1975).]. Бароцио не фигурирует, ни в современной ему венецианской документации, ни в одном из семейных генеалогических деревьев, известных местной эрудированной историографии [Venezia, Biblioteca Marciana, Cappellari Vivaro Vicentino Girolamo Alessandro, Il Campidoglio Veneto, 4 voll., mss. Marc. Ital. cl. VII, codd. 15-8 (collocazione 8304-7); Venezia, Biblioteca Marciana, Barbaro Marco, Genealogie delle famiglie patrizie venete, 4 vols., mss. Marc. Ital. cl. VII, codd. 924-8 (collocazione 8594-7). Я благодарю Giulietta Voltolina, которая проверяла этот материал для меня. Интересен тот факт, что церковь S. Maria del Tempio di Venezia была очень близка к приходу S. Moisè, к которому принадлежала главная ветвь семьи Бароцци. FRANZOI, Umberto, Di STEFANO, Dina, Le Chiese di Venezia, Alfieri, Venezia, 1976, p. 317 e infra, note 41 e 85.].

Наконец, имя Бароцио, хотя и не особенно распространенное, не является исключительным для этой семьи или области Венето: короткое ономастическое исследование фактически приводит к отслеживанию персонажей, которые носят это имя также и в центральной Италии, в Лигурии, и других областях [ANSIDEI, Vincenzo (a cura di), Regestum reformationum comunis Perusii ab anno MCCLVI ad annum MCCC, 2 voll., Perugia, 1935-1969 (Fonti per la Storia dell’Umbria, 1, 5), I, 1256-1260, reg. 45, p. 57, reg. 47, p. 60; SELLA, Quintino (a cura di), Codex Astensis qui de Malabayla communiter nuncupatur, 4 voll., Tipografia della R. Accademia dei Lincei, Roma, 1880-1887, III, doc. 957, p. 1146-1147; GUIDI, Pietro, PARENTI, Oreste, Regesto del capitolo di Lucca, 4 voll., Regesta Charthatum Italiae, VI, VIII, XVIII + indici, Roma 1910-1939, I, reg. 408, p. 160, reg. 453, p. 188, reg. 539, p. 228, reg. 583, p. 249, reg. 624, p. 262, reg. 681, p. 288, reg. 851, p. 368, reg. 947, p. 416. Одно и то же имя, используемое в условной форме, см. :ANSANI, Michele, CAU, Ettore (a cura di), Le carte del Monastero di S. Maria di Morimondo, I, CISEM, Spoleto, 1992, doc. 184, p. 363 (Fonti storico-giuridiche. Documenti, 3); CALLERI, Marta, MACCHIAVELLO, Sandra, TRAINO, Maria (a cura di), La carte del monastero di San Siro, Regione Liguria, Società Ligure di Storia Patria, Genova, 1997-1998 (Fonti per la storia della Liguria, 5-8), II, 1225-1253, doc. 459, p. 160 (nella variante Barueius), IV, doc. 958, p. 239.]. Исходя из того, что предполагаемое венецианское происхождение Бароцио не находит подтверждения в источниках, можно сделать вывод, что даже тесные отношения с венецианскими властями, которые были приписаны этому сановнику, не могут являться подтверждением родству даже на гипотетическом уровне. В отсутствии каких-либо подтверждений, связывающих Бароцио с крестовым походом, кажется бесполезным реконструировать его возможные действия, предшествующие встрече с лигурийскими пиратами. Более того, необходимо подчеркнуть, что недавнее переосмысление некоторых осторожных предположений, сделанных Полом Риантом в отношении реликвий и сокровищ, вверенных Бароцио, кажутся совершенно необоснованными. Фактически, французский ученый предположил, чисто гипотетически, что значительные ценности, отнятые у магистра тамплиеров, могли быть своего рода компенсацией за возможную финансовую помощь, предоставленную Орденом Храма крестоносцам, финансовые трудности которых нам хорошо известны [RIANT, Exuviae sacrae Constantinopolitanae, I, p. CLV, nota 9.].

В гипотезе, выдвинутой Риантом, утверждается, что этот кредит был выдан венецианским домом Храма и что Бароцио последовал за крестовым походом с явной задачей «контролировать» инвестиции ордена [FRALE, «La Quarta Crociata», p. 466-477; FRALE, I Templari e la sindone, p. 185. Гипотеза, разумно выдвинутая Риантом, здесь превращается в определенность. Далее ошибочно утверждается, что Венеция была местом «Дома Капитана» (“casa capitana” ) Ордена тамплиеров (FRALE, «La Quarta Crociata», p. 468, 472). Такой административной единицы в Ордене тамплиеров не существовало и магистр Ломбардии не обязан был там находится (ibi, p. 472, 474, 475, 476). Даже это последнее заявление не поддерживается никакими сохранившимся источниками и, возможно, происходит из-за определенной путаницы с гостеприимным монастырем, имевшим штаб-квартиру в Венеции. Diversamente dalla studiosa (ibi, p. 475, nota 74), la storiografia oggi non identifica S. Maria del Tempio con la casa giovannita di S. Giovanni del Tempio, ma con la scomparsa S. Maria in Broglio. LUTTRELL, Anthony, «The Hospitaller Priory of Venice in 1331», in Enzo COLI, Maria De MARCO, Francesco TOMMASI (a cura di), Militia sacra. Gli ordini militari tra Europa e Terrasanta, Società Editrice San Bevignate, Perugia, 1994, p. 130; TACCHELLA, Lorenzo, Gli insediamenti dei templari a Nice e Grasse, in Lombardia e Veneto, Milano 1999 (Biblioteca dell’Accademia Olubrense, 40), p. 129-133; FRANZOI, DI STEFANO, Le chiese, Alfieri, Venezia, 1976, p. 317. Историография сегодня идентифицирует S. Maria del Tempio не с домом S. Giovanni del Tempio, а исчезнувшим S. Maria в Броглио (Broglio).]. Экономическая роль, приписываемая ордену Тамплиеров и венецианскому происхождению Бароцио, что в настоящее время представляется как установленный факт, оказывает влияние на исследования, создавая фантастический сценарий, в котором он даже «исключен из тамплиеров Ломбардии» и, в частности, будто бы дом Венеции «благосклонно смотрел на возрождение Зары и возможное завоевание греческой империи» [FRALE, «La Quarta Crociata», p. 475.].

Правдивость источников, как мы видим, очень различна, а фрагментарность информации, которой мы владеем, не дает возможности для точной и обширной реконструкции. В дополнение к тому, что уже было указано, целесообразно вкратце отметить, что выбор Бароцио, как посланника Балдуина I, находит подтверждение в истороических документах. Орден Тамплиеров играл важную роль в проектах крестовых походов папы Иннокентия III и, очевидно, каким-то образом участвовал в организации экспедиции против Константинополя [См. например, HAGENEDER, Haidacher, Die Register Innocenz III., I, doc. 336, p. 504, II, doc. 258 (270) p. 495-496.]. Если личное знакомство Бароцио и Иннокентия до 1204 года остается наводящей на размышления гипотезой, то факт присутствия тамплиеров в окружении Папы, а также обращение dilectus filius (возлюбленный сын) к сановнику лорбардских тамплиеров, подтверждает такого рода отношения [HAGENEDER, HAIDACHER, Die register Innocenz III., VII, doc. 147, p. 235, doc. 153, p. 262. Что касается присутствия тамплиеров при папском дворе, см.: BELLOMO, The Templar Order, p. 37 sgg._ Благожелательное отношение Иннокентия III к Бароцио еще раз подтверждает, что в связи с крестового похода против других христиан тамплиеры благоразумно держали в стороне, верные папским указам.].Тамплиеры были также носителями хотя бы еще одного письма Болдуина I. Как будет видно далее, источники также предполагают возможную близость между Орденом Тамплиеров и другой видной фигурой Крестового похода Бонифацием Монферратским. После возвращения ломбардского магистра при константинопольском дворе оставались другие члены ордена Храма. Об этом прямо свидетельствует письмо от 1205 года, в котором Генрих, брат Балдуина, сообщает Иннокентию III о поражении у Адрианополя [HAGENEDER, HaIDACHER, Die Register Innocenz III., VIII, doc. 132 (131), p. 242.].

Наконец, следует помнить, что в 1205 году вернувшийся в Ломбардию Бароцио, засвидетельствован как преемник Аймерико де Салиса (Aimerico de Saliis) во главе итальянской провинции тамплиеров [SAVIO, Gli antichi vescovi. Lombardia, II, p. 449.]. В столь короткий срок после своих константинопольских миссий и при папском дворе, он был поднят до столь высокого положения, хотя, по-видимому, не оправдал многочисленные ожиданий, возложенных на него [Аналогичное развитие карьеры наблюдается у Бонифацио (Bonifacio) и Gaimardo или Gaimando, предшественников Бароцио. По данным сохранившихся источников уже в 1190 году он значится, как магистр Marchie (т. е. Marca di Treviso) в Ломбардия, а в следующем году он получает более авторитетным назначение omnium mansionum Templi в Италии. CAGNIN, Giampaolo, Templari e Giovanniti in territorio trevigiano. Secoli XII-XIV, Tipografia Tintoretto, Treviso, 1992, doc. 4, p. 81; CENNAMO, Mario, I Templari ad Albenga, Edizioni del Delfino Moro, Albenga, p. 79, 81.].

Остается только выяснить, какова судьба реликвий и ценностей, отнятых у Бароцио [Риант предполагает, что рубин, украденный генуэзцами, может быть идентифицирован с драгоценным камнем, входящим в сокровищницу Бонифация VIII (RIANT, Exuviae sacrae Constantinopolitanae, I, p. CLV). Гипотеза ученого совпадает с возможным возвратом ценностей, взятых у магистра тамплиеров. Барбара Фрейл, ссылаясь только на источник, цитируемый Риантом, считает, что идентификация абсолютно верна («La Quarta Crociata», p. 471, nota 63).]. Генуезский летописец Ogerio Pane лишь кратко упоминает о краже, совершенной его согражданами, к которым присоединился также и корабль, вышедший из Портовенере, о повреждениях судна и о in qua ceperunt magnam pecunie quantitatem, et multas reliquias sanctorum et cruces dominicas (Большом количестве денег и даже мощах святых, и частях креста Господня) [Четвертый крестовый поход кратко излагается в генуэзской летописи. BELGRANO, Luigi Tommaso, IMPERIALE DI SANT’ANGELO, Cesare (a cura di), OGERIO PANE, Annales Ianuenses, in Annali genovesi di Caffaro e de’ suoi continuatori, Fonti per la Storia d’Italia, 11-14bis, Istituto Storico Italiano per il Medio Evo, Roma 1890-1919, II, p. 88-89, 93, 95.]. Затем добыча была разделена между участниками экспедиции, а часть награбленного кораблем из Портовенере была передана Генуе. Книга Libri Iurium генуэзского муниципалитета сожержит акт, из которого следует, что подеста Генуи Guiffredotto Grassello освобождает людей из Портовенерея от любых налогов на товары, перевезенные из Генуи в Портовенере, в силу не только старинного уважения за то, что они всегда выплачивали налоги генуэзскому муниципалитету, но также и за пожертвование реликвии Истинного Креста, которое, несомненно, идентифицируется с тем, которое было захвачено у Бароцио [PUNCUH, Dino, Rovere, Antonella, DELLACASA, Sabina, MADIA, Elisabetta, BIBOLINI, Maria, PALLAVICINO, Eleonora (a cura di), I Libri iurium della Repubblica di Genova, 9 voll., Genova-Roma 1992-2002, I/3, doc. 597, p. 336-339.].

Два других генуэзских текста подробно останавливаются на трех фрагментах Истинного Креста, прибывших в Геную. Но они, однако, не могут быть отождествлены с реликвией, украденной у магистра тамплиеров Ломбардии. Мы говорим о Regni Iherosolymitani brevis historia, анонимной хронике, отредактированной в конце XIII века и завершенной в конце следующего летописцем Якопо Дория (Iacopo Doria), включившего в нее истории перемещений некоторых заморских реликвий, и о Cronaca della città di Genova, хронике города Генуя, написанной архиепископом Якопо да Вараджине (Iacopo da Varagine), доминиканцем (+ 1298). Авторы этих рукописей, вероятно, пользовались собственными источниками информации, либо использовали документы, хранящиеся в Кафедральном соборе. Возможно была использовала и устная генуэзская традиция почитания этих реликвий. Первый фрагмент sancta Christi, захваченный генуэзскими пиратами, более или менее явно идентифицируется с крестом, найденным в Иерусалиме после завоевания 1099 года и утерянном при Хаттина в 1187 году; второй — с крестом госпиталя Св. Лазаря, также из Святой Земли, переданным генуэзскому муниципалитету Конрадом Монферратским; И, наконец, третий был похищен генуэзскими пиратами у неких венецианцев, отправивших его после завоевания Константинополя в Венецию. Эта последняя реликвия почиталась под именем Креста Елены (Croce di Elena) [Об этих фрагментах см. Regni Iherosolymitani brevis histora, in BELGRANO, IMPERIALE DI SANT’ANGELO, Annali genovesi, I, p. 140-142; MONLEONE, Giovanni (a cura di), Iacopo da Varagine e la sua cronaca di Genova dalle origini al MCCXCVII, 2 voll. + indici, Fonti per la Storia d’Italia, 84-86, Istituto storico Italiano per il Medio Evo, Roma, 1941, II, p. 321, 356-357, 362-363, 366-367; POLONIO, Valeria, «Devozioni di lungo corso: lo scalo genovese», in Gherardo ORTALLI, Dino PUNCUH (a cura di), Genova, Venezia, il Levante nei secoli XII-XIV. Atti del Convegno Internazionale di Studi (Genova-Venezia, 10-14 marzo 2000), Atti della Società Ligure di Storia Patria, n.s., 41, 2001, p. 361-367.].

Несмотря на то, истории Креста Св. Елены, и того, который предназначался тамплиерам очень сходны, эти две реликвии не могут быть идентифицированными, как одна и та же. И прежде всего потому, что генуэзские источники ясно отмечают, что первый был подарен Собору пиратами, отнявшими его у венецианцев, в то время как из книги Libri Iurium нам известно, что другой был уступлен Генуе людьми из Портовенере. Поэтому остается задаться вопросом — почему, ни Якопо да Варагин (Iacopo da Varagine), ни Якопо Дориа (Iacopo Doria) и, по-видимому, их общие источники, никак не упоминают реликвию, взятую у Бароцио. Кажется уместным предположить, что перед фактом кражи, столь жестко воспринятой понтификом, по крайней мере, Якопо из Варагина должен был почувствовать определенное смущение. Как замечает Валерия Полонио (Valeria Polonio), далее более не наблюдается свидетельств трений между генуэзскими властями и понтификом в отношении этой кражи у магистра тамплиеров. И здесь разумно предположить, что, хотя бы частично, награбленное было возвращено. Поэтому передачу реликвии понтифику может объяснить отсутствие упоминаний о ней в актах города Генуя. В действительности, обширный реестр реликвий Креста, составленный Анатолием Фроловым (Anatole Frolow) упоминает Истинный Крест из Константинополя, с двойной перкладиной, хранящийся в серебряной ставротеке (В традиции восточных христиан ставротекой (от греч. staurotheke: stauros — «крест» и «theke» —«хранилище») принято называть «Ковчег для Креста» (реже – мощевик), выполненный в форме плоского ящика или ларца для хранения в нем частиц Животворящего Креста Господня («Святого Креста» или «Честного Древа» — прим. пер.). , который можно отождествить с украденным у Бароцио [POLONIO, «Devozioni», p. 365; FROLOW, Anatole, La relique de la Vrai Croix. Recherches sur le dévelopmen d’un culte, Institut francais d’études byzantines, Paris, 1962 (Archives de l’Orient chrétien, 7) — текст не лишен неточностей в отношении к мощей, сохранившимся в Генуе. Реликвия, отнятая у Бароцио è la n° 448 (p. 38); la n° 682, 5 (p. 494-495) вместо той, с которой она может быть идентифицирована. Последний запомнился как часть папских сокровищ, сохранившихся в Перудже. Его ставротека имеет надпись: Hic continetur lignum vivifice Crucis de Constantinopoli translatum ad Urbem, tempore domini Innocentii p. tertii. См. также: FROLOW, Anatole, Les reliquaires de la Vrae Croix, Institut francais d’études byzantines, Paris, 1965 (Archives de l’Orient chrétien, 8). Ставротека, о которой идет речь, цитируется в p. 105, 127, nota 1.].

Эта реликвия упоминается при понтификате Климента V. Объект описывается как двойной крест. Реликварий, содержащий фрагмент священной древесины, выполнен в виде ящика, облицованного позолоченными серебряными пластинами и снабженного крышкой с кольцом для подвески. Одна из сторон стауротеки выложена красной шелковой парчой, а с другой — распятие Христа между Марией и Иоанном. Надпись на латинском свидетельствует о факте перевоза реликвии из Константинополя во время понтификата Иннокентия III. Характеристики этой драгоценной реликвии в целом совпадают с теми, которые кратко изложены в письме Иннокентию. Вполне возможно, что ссылаясь на сцену изображающую распятие на одной из сторон реликвария, понтифик описал этот объект, как икону. Эта весьма правдоподобное сходство подтверждает таким образом, тезис о возврата реликвии Истинного Креста генуэзцами, с другой стороны уже подтвержденный отсутствием упоминанием о ней в генуэзской документальной традиции [Генуэзские ученые предполагают, что Иннокентий потребовал возврата самой драгоценной и важной реликвии, которая фактически была ему возвращена, в то время как менее ценные вещи могли остаться в Лигурии.].

Белломо Е. / Elena Bellomo, Università di Verona
Перевод с итальянского: Анохин В.