Арест тамплиеров на Кипре

Арест Тамплиеров Кипра

В начале июня 1308 года тамплиеры, проживавшие на Кипре, были арестованы. Современные научные описания этого события в значительной степени опираются только на один источник, так называемую Chronique d’Amadi [«La Chronique d’Amadi», in Chroniques d’Amadi et de Strambaldi, ed. René de Mas Latrie, 2 vols (Paris, 1891-93; repr. Nicosia, 1999), vol. 1, pp. 280, 283-91. В современном изложении, George Hill, A History of Cyprus, 4 vols (Cambridge, 1940-52), vol. 2, pp. 232-6; Peter W. Edbury, The Kingdom of Cyprus and the Crusades, 1191-1374 (Cambridge, 1991), p. 121; Nicholas Coureas, The Latin Church in Cyprus, 1195-1312 (Aldershot, 1997), pp. 139-40; Pierre-Vincent Claverie, L’ordre du Temple en Terre Sainte et à Chypre au XlIIe siècle, 3 vols (Nicosia, 2005), vol. 2, pp. 273-8; Malcolm Barber, The Trial of the Templars, 2nd edn (Cambridge, 2006), pp. 252-4.]. Это работа анонимного автора, которая является на мой взгляд, самым подробным во всем латинском мире описанием ареста членов Ордена и поэтому, прежде чем обратиться к самим событиям, требуется некоторое объяснение ее природы и происхождения..

Amadi, как его обычно называют для удобства, написан на итальянском языке и сохранился в единственной рукописи, датируемой серединой XVI века. Этот манускрипт принадлежавший некогда венецианскому библиофилу по имени Франческо Амади (Francesco Amadi) — отсюда и название — сейчас находится в библиотеке Марчиана (Marciana Library). Он включает в себя сборник, охватывающий историю крестовых походов и правления династии Лузиньянов на Кипре. Начиная с Первого и до 1442 года. Почти все материалы в разделах, охватывающих период до середины первого десятилетия XIV века, можно легко идентифицировать как заимствования из известных источников: перевод со старо-французского истории Вильгельма Тирского и ее продолжения [Компилятор Amadi использовал «Colbert-Fontainebleau», старо-французскую версию продолжения истории Вильгельма Тирского, которую можно найти только в двух из 45 сохранившихся списков этого произведения. Это основной текст, отредактированный в RHC Oc 2.], вариант Annales de Terre Sainte [В материале, взятом из «Annales de Terre Sainte», есть несколько записей, представляющих интерес, которые отсутствуют в более ранних версиях. Два других францусуких текста из Annales de Terre Sainte уже давно известны (Reinhold Rohricht and Gaston Raynaud, eds, AOL, 2 (1884), documents, pp. 427-61). Третий французский текст см. «A New Text of the Annales de Terre Sainte», ed. Peter W. Edbury, in In Laudem Hierosolymitani: Studies in Crusades and Medieval Culture in Honour of Benjamin Z. Kedar, ed. Iris Shagrir, Ronnie Ellenblum and Jonathan Riley-Smith, (Aldershot, 2007), pp. 145-61.], отчет Philip of Novara о гражданской войне между Ибелинами и сторонниками Фридриха II (1220-1242), и весьма условное повествование, приписываемое некому Templar of Tyre [История Philip of Novara известна, как Filippo da Novara, Guerra di Federico II in Oriente (1223-1242), ред. и пер. Silvio Melani (Naples, 1994). Компилятор Amadi, очевидно, использовал текст повествования Филиппа Новары, который отличался в определенных моментах от дошедшей до нас французской версии. Издание под редакцией Мелани указывает на точки, в которых тексты расходятся. О «Templar of Tyre», см. Cronaca del Templare di Tiro (1243-1314), ed. and trans. Laura Minervini (Naples, 2000); English translation: The «Templar of Tyre»: Part III of the «Deeds of the Cypriots», trans. Paul Crawford (Aldershot, 2003). Amadi содержит полный перевод текста Филиппа. Материал из «Templar of Tyre» часто резюмирован, и, как представляется, мало или вообще не используется за период с 1242, где Филипп заканчивает. Вполне возможно, что компилятор не работал с текстами Gestes des Chiprois конца 1260-х годов, присутствующими у Филипп Новара и «Templar of Tyre», но знал о них отдельно.]. Все это было написано на французском языке и поэтому Amadi представляет собой их итальянский перевод.

Когда мы доходим до начала XIV века, то обнаруживаем, что в Amadi есть подробный рассказ о событиях, связанных с периодом правления Амори Лузиньяна, сеньора Тира. В 1306 году Амори, брат и наследник больного и бездарного короля Кипра Генриха II, взял королевство под свой контроль. Генрих был отстранен от власти в результате государственного переворота, пользовавшегося, по крайней мере первоначально, широкой поддержкой. Амори удерживал власть до 1310 года, вплоть до своего убийства. К власти вернулся Генрих, заключив в тюрьму приверженцев брата. Многие из нее так и не вышли. В опубликованном издании Amadi эти события 1306-10 годов занимают 150 страниц. Для сравнения, раздел, посвященный 1218-42 годам, взятый из известного рассказа Филиппа Новарского (Philip of Novara) о гражданской войне на Кипре, занимает только 80 страниц, в то время как тридцатипятилетнее царствование короля Гуго IV (1324-1359) уместилось всего на восьми страницах. Нет никаких сомнений в том, что повествование 1306-10, которое, очевидно, было написано сторонником короля Генриха, составлялось в течение нескольких лет непосредственно в ходе событий и, как и предыдущие материалы, первоначально было написано на французском языке. Но в данном случае французская версия не сохранилась. Помимо подробного описания политической ситуации того периода, в нем также содержится бесценные сведения о начале завоевания Родоса госпитальерами [«Chronique d’Amadi», pp. 254-9.] и об аресте тамплиеров. Amadi, однако, не упоминает ни об официальных допросах тамплиеров, арестованных на Кипре, ни о свидетелях, вызванных для дачи показаний и не являющихся тамплиерами. Здесь историкам следует ознакомиться с записями, сохранившимися в папских архивах [О процессе над тамплиерами Кипра см. UT, vol. 2, pp. 147-400; The Trial of the Templars in Cyprus: A Complete English Edition, ed. and trans. Anne Gilmour-Bryson (Leiden, 1998); Barber, Trial, pp. 254-8.].

Не все еще важные вопросы, касающиеся Chronique d’Amadi, рассмотрены в достаточной степени. Например, был ли сборник составлен переводчиком или ранее вся работа существовала полностью на французском языке? Ответ на этот вопрос может помочь в решении дальнейших вопросов об отношениях Amadi с двумя другими важнейшими письменными источниками по истории средневекового Кипра: Леонтиосом Махаирасом (Leontios Makhairas) и Флорио Бустроном (Florio Bustron ). Бустрон работал в XVI веке [Florio Bustrone, «Historia overo Commentarii de Cipro», ed. René de Mas Latrie as «Chronique de l’île de Chypre», Collection de documents inédits sur l’histoire de France: Mélanges historiques, 5 (1886), pp. 1-531 (repr. Nicosia, 1998).]. Его итальянская Historia overo Commentarii de Cipro гораздо более литературна Amadi, а содержание более сложно; мы не можем, конечно, исключить вероятность того, что Amadi черпал свой материал из Бустрона. Неясно, также, пользовалься ли Бустрон итальянским текстом Amadi или использовал утерянный французский оригинал.Связь между Amadi и грекоязычной Recital Concerning the Sweet Land of Cyprus Леонтия Махера (Leontios Makhairas) еще более проблематична. Нет никаких сомнений в том, что эти рукописи, начиная со второй половины XIV века, текстуально связаны между собой. Но конкретно, что требует выяснения — это вопрос о том, какая часть работы, обозначенная его именем, была фактически создана Леонтием. Опять же, проблема заключается в том, когда и где именно работал компилятор Amadi[Жиль Гриво считает, что Amadi был составлен примерно в середине XVI века и выдвинул гипотезу, что автором мог быть кипрский дворянин по имени Гектор Подокатаро. Из доказательств, которые он приводит, кажется вероятным, что семья Подокатаро владела копией Amadi, но это сложно проверить: Gilles Grivaud, «O πνευματικός βίος και η γραμματολογία κατά την περίοδο της φραγκοκρατίας5, ίη Ιστορία της Κύπρου;», in laropia îtfç Kvnpou, ed. Theodore Papadopoulos, vol. 5 (Nicosia, 1996), pp. 881, 1147-53.]. Но вместо того, чтобы заниматься этими вопросами, мы должны вернуться к нашей истории.

Как известно, король Филипп IV приказал арестовать тамплиеров во Франции 13 октября 1307. А 22 ноября папа римский Климент V, и это обычно рассматривается как попытка вырвать инициативу у Филиппа, выпустил буллу Pastoralis praeeminentiae, в которой он поручал европейским монархам арестовать тамплиеров в своих королевствах и брать под контроль их земли во имя папства. В этом письме сообщалось, что папа сам слышал от одного рыцаря-тамплиера, будто при его приеме в Орден, состоявшемся на Кипре в присутствии магистра Жак де Моле и 200 братьев и половина из которых была рыцарского сословия, от него требовали отречься от Христа [Pierre Dupuy, Traittez concernant l’histoire de France: Sçavoir la condemnation des Templiers avec quelques actes (Paris, 1654; repr. Paris, 1978), fols 189r-190v (for the version sent to the future King Robert of Naples); Foedera, conventiones, litterae et acta publica, ed. Thomas Rymer et al., new edn, 4 vols in 7 parts (London, 1816-69), vol. 2.1, cols 16-17 (for the version sent to Edward II of England).]. Предположительно, что в результате закрытия морских путей на восток с наступлением зимы, Pastoralis praeeminentiae не была доставлена на Кипр до мая следующего года.

К тому времени Амори Тирский уже два года находился у власти. По словам Amadi, популярность его правления среди дворянства начинала проявлять первые признаки грядущего краха, хотя наш автор также настаивает и на том, что с момента захвата власти тамплиеры последовательно оказывали ему свою поддержку. При этом Amadi отмечает, что в 1306 году Жак де Моле одолжил Амори 50 000 безантов, и что Жак помогал в переговорах по определению финансового обеспечения, необходимого для содержания отстраненного короля Генриха. В начале 1308 года отношения между Амори и его братом еще более ухудшились и мы узнаем о маршале Храма, Аймоне (Айме, Эмо) де Уселе, принимающем активное участие в попытках Амори удалить от Генриха тех дворян, рыцарей и слуг, которые остались ему верны и в принуждении короля обьявить Амори пожизненным наместником Кипра [«Chronique d’Amadi», pp. 248, 251, 260-61, 262, 266.].

В конце весны 1307 года, стремясь укрепить свое положение и получить папское одобрение своего правления, а так же же, чтобы опередить посланцев короля Генриха, Амори отправил в папскую курию Хетума (Het’um), повелителя Gorhigos, члена королевской семьи Киликийской Армении и канонника кипрского премонстрантского (Praemonstratensian) монастыря в Bellapaïs рядом с Киринией (Kerynia). Однако затянувшиеся переговоры не смогли убедить папу Климента оказать Амори поддержку, на которую он надеялся. Хетум вернулся в мае 1308 года, с известием о своей неудавшейся миссии и привез с собой папские инструкции по аресту тамплиеров [Edbury, Kingdom of Cyprus, pp. 118-21.].

Именно с этого момента повествование Amadi выходит на первый план. Но прежде чем приступать к подробному описанию обстоятельств ареста, последовавшего в конце мая и начале июня 1308 года, автор дает краткий парафраз отрывка, взятого из повествования «тамплиера Тира», в котором резюмируются события во Франции от момента ареста тамплиеров и до роспуска Ордена пять лет спустя. В этом разделе он разделяет скептицизм этого более раннего автора в отношении достоверности обвинений и вины тамплиеров [«Chronique d’Amadi», pp. 280-82; cf. Cronaca del Templare di Tiro, pp. 34043.]. Однако «Тамплиер Тира» ничего не сообщает о последствиях [Уникальная рукопись «Templar of Tyre» повреждена в конце, разбиваясь на четыре абзаца, промежуточно описывающих события, датированные 1309 годом. Флорио Бустрон (стр. 164-70) проводя параллели дает собственное изложение.].

Согласно Amadi, 12 мая, во исполнение папского мандата, Амори направил в штаб-квартиру тамплиеров в Лимассоле Балиана Ибелина, принца Галилейского и одного из своих самых видных сторонников. В послании сообщалось, что тамплиеры должны сдать оружие и лошадей и согласиться на заключение в доме архиепископа Никосии. Очевидно, что власти неохотно шли на применение силы и надеялись на мирное решение. Старшим офицером тамплиеров на Кипре был маршал Аймон де Уселе (Aymon d’Oiselay) [Amadi обычно приводит его имя как «Heme D’Ussellet» или похожее.], и он попытался договориться, предлагая разрешить ему и другим членам Ордена находиться под стражей в одном из их сельских имений, отказываясь при этом от сдачи оружия и ценностей. Но если тамплиеры предполагали, что Амори будет удовлетворен только тем, что взял их под стражу, то они ошибались. 19 мая Амори изданы указы, запрещающие получение денежных средств от тамплиеров или выдачу средств от имени Ордена. И те, кто получит такие платежи, должны сохранить их без каких-либо обязательств. В то же время он послал канонника Никосийского собора по имени Болдуин к тамплиерам в Лимасоле с сообщением о том, что всем они должны явится по его приказу и подчиниться суду Церкви; и если они откажутся, то будут арестованы силой, и любой, кто окажет сопротивление, будет убит. На это они ответили, что предстанут перед судом через четыре месяца, то есть в сентябре, а за это время пусть властитель Тира отправит к папе галеру за дальнейшими указаниями, которым они и подчиняться [«Chronique d’Amadi», pp. 283-5.].

Тогда Амори отправил канонника Лимассольского собора по имени Андреа Тартаро [Amadi утверждает, что Андреа был каноном Фамагусты, но документы того периода показывают, что он был каноном Лимассола. Notai genovesi in oltremare atti roggati a Cipro da Lamberto di Sambuceto, ed. Romeo Pavoni (Genoa, 1987), no. 158 (1302); Notai genovesi in oltremare atti roggati a Cipro, ed. Michel Balard (Genoa, 1984), pp. 312-13 (nos 25-7) (1309).], который встретился с Аймоном де Уселе и туркопольером тамплиеров [Bartholomew of Gordo: см. Trial in Cyprus, ed. Gilmour-Bryson, pp. 118-19 and n. 241.] в деревне Ниссу, лежащей на главной дороге к югу от Никосии. Именно там 24 мая состоялись переговоры с группой, в которую входили: Aimery of Lusignan, коннетабль Кипра и младший братом Амори, Балиан Галилейский, Болдуин, канонник Никосии и Raymond Viscount, сеньор Ниссу. После длительных дискуссий Aimery of Lusignan и Балиан вернулись в Никосию, чтобы убедить Амори согласиться на сделку, которую они заключили. В результате 27 мая тамплиеры прибыли в Никосию с гарантиями безопасности. Амори созвал большую ассамблею рыцарей и духовенства, на которой нотариус зачитал заявление от имени тамплиеров об их верности истинной вере. Затем канонник Болдуин перевел все на французский язык и выступил с заявлением, сказав, что тамплиеры были добрыми христианами, которые верили в то, что исповедуют; он добавил, что в прошлом они доказали свою готовность умирать в защиту христианской религии, и что они всегда воевали на стороне королей Иерусалима и крестоносцев против мусульман, упомянув, в частности, события в Сафеде.(Сафед пал еще в 1266 году. Тамплиеры, обманутые в своих надеждах на приемлимые условия сдачи, предпочли умереть, чем быть принужденными к вероотступничеству [Об этом инциденте впоследствии вспомнили двое мирян, участвовавших в процессе над тамплиерами Кипра: Trial in Cyprus, ed. Gilmour-Bryson, pp. 71, 422-3.]). Затем присутствовавшие старшие офицеры тамплиеров, маршал, командор Кипра, драпьер и казначей [Командор Кипра Raimbaud de Caromb был арестован во Франции. Человеком, упоминающимся здесь, был James of «Doumanin» или «Doymalin», руководившим в его отсутствие; Драпьером был John of «Villa» или «Vilaers»: Claverie, L’ordre du Temple, vol. 2, p. 254; Trial in Cyprus, ed. Gilmour-Bryson, pp. 117, 139 and nn. 238, 343.] вместе с братьями- рыцарями и двумя сержантами поклялись в верности этого заявления, как от своего имени, так и от имени всех остальных членов Ордена на Кипре. Amadi сообщает, в общей сложности, о 83 рыцарях и 35 сержантах. Но во время происходящего, Амори тайно приказал войскам, состоящим из рыцарей, других конных всадников, пехоте и морякам выдвигаться из Фамагусты и занимать Лимасол. На следующий день (28 мая) Амори снова созвал собрание духовенства, рыцарей и горожан и зачитал им папское послание, указав, что он должен задержать тамплиеров и овладеть их достоянием и движимым имуществом, и что король Франции уже провел следствие над тамплиерами в своем королевстве и они были признаны еретиками [Хорошее описаниеPastoralis praeeminentiae: «Chronique d’Amadi», pp. 285-7.]. 29 мая Амори приказал виконту Никосии вместе с приором госпитальеров и членами орденов францисканцев и доминиканцев, видимо, необходимых в качестве свидетелей происходящего, провести инвентаризацию и опечатать все в доме тамплиеров Никосии, включая серебряные и золотые сосуды и другие ценности. Там оказалось, как нам говорят, не так уж много, потому как большую часть своих ценностей тамплиеры тайно вывезли в штаб-квартиру в Лимасоле. Хотя Amadi не говорит об этом прямо, представляется, что этот акт противоречит соглашению, заключенному в Ниссу. Аймон де Уселе был очень расстроен этим и немедленно вернулся со всей своей командой в Лимасол, оставив только командора Кипра, одного рыцаря и трех сержантов, вскоре последовавших за ними [Рыцаря звали «Piero Cadel», но в документах судебного разбирательства Пьер «Cadelli» указывается как сержант: Trial in Cyprus, ed. Gilmour-Bryson, pp. 140, 367.]. Виконт и его сподвижники провели тщательную инвентаризацию содержимого церкви тамплиеров в Никосии, которую затем заперли, даже потрудившись снять веревку колокола, дабы в него не смогли бить. Аналогичные инвентаризации Амори приказал провести и в домах тамплиеров Пафоса и Фамагусты , включая все их сельские поместья [«Chronique d’Amadi», pp. 287-8.].

Король Генрих осудил церковников, участвовавших в закрытие храма тамплиеров в Никосии. И хотя он был отстранен от власти, он приказал возобновить богослужение на том основании, что церкви было сделано пожертвование, которое предусматривало, что два капеллана должны служить массу его предку и тезке, королю Генриху I [Хотя Amadi не говорит об этом здесь, но ранее (стр. 202, с. 1253) он сообщил, что Генрих I был похоронен в церкви тамплиеров.]. Таким образом, мы имеем парадоксальную ситуацию, когда Амори, пользовавшийся поддержкой тамплиеров, выступил против них, в то время как король, отношения которого с Орденом не складывались лучшим образом на протяжении большей части его правления, по-видимому, сделал жест, свидетельствующий о поддержке [«Chronique d’Amadi», p. 288.]. Следует добавить, что церковь тамплиеров в Никосии, видимо, была значимым зданием: именно там в 1324 году оставалось тело Генриха II перед его погребением во францисканской церкви [«Chronique d’Amadi», p. 402. См. Gilles Grivaud and Christopher Schabel, «La ville de Nicosie», в L’art gothique en Chypre, ed. Jean-Bernard de Vaivre and Philippe Plagnieux (Paris, 2006), p. 107.].

Далее Амори приказал провести всеобщую мобилизацию своих вооруженных сил. Тамплиеры тоже вооружились, но кипрские военачальники сумели избежать полномасштабного сражения. Вместо этого им удалось осадить штаб-квартиру тамплиеров в Лимассоле. Они потребовали, чтобы тамплиеры сдали своих лошадей и оружие. 1 июня, после непродолжительной демонстрации сопротивления, тамплиеры капитулировали. После чего осаждавшие получили доступ в здание и завладели всем имуществом, проведя полную инвентаризацию обнаруженных там значительных запасов оружия и снаряжения. Все это были доставлено в королевский дворец Лимассола вместе с излишками продуктов питания, превышавших непосредственные потребности тамплиеров. В казне были найдены драгоценности оценочной стоимостью в 120 000 белых безантов вместе с 1500 марками серебра. Все инвентаризировали, опечатали и выставили стражу [«Chronique d’Amadi», pp. 288-90. Степень детализации, приведенная в тексте, позволяет предположить, что первоначальный автор имел доступ к реестрам, сделанным в то время.]. Считалось, что большая часть богатств тамплиеров была тайно укрыта. Но последующие расследования ничего не дали. Так что, по крайней мере, на Кипре, истории о спрятанных сокровищах тамплиеров начали циркулировать почти сразу [«Chronique d’Amadi», p. 290.].

Арестованных тамплиеров разделили на две группы. Половина из них, вместе с маршалом Айманом де Уселе, была отправлена в поместье тамплиеров в Хирокитии (Khirokitia); другая половина, вместе с командором Кипра, — в другое владение недалеко от Ермасойи (Yermasoyia). Там их хорошо снабдили продовольствием и держали под охраной. Ценности были перевезены в Никосию; лошади и другие вьючные животные, снаряжение и мебель были проданы; оружие было доставлено в королевские оружейные мастерские Фамагусты, а рабы, принадлежащие Ордену, были отправлены на работы по возведению укреплений в Фамагусте, крупном строительном проекте, осуществлявшемся в то время [«Chronique d’Amadi», pp. 290-291. О фортификационных сооружениях Фамагусты см. Reg. Clem. V, no. 2736; «Chronique d’Amadi», pp. 326-7.].

Amadi завершает свой рассказ записью известия, позже дошедшего до Амори, будто маршал и командор написали письмо друзьям в Генуе и планировалось тайно доставить корабли на Кипр, чтобы те смогли совершить побег. Соответственно, он приказал, чтобы все высокопоставленные должностные лица, а именно маршал, командор Кипра, драпьер, казначей и командор Апулии, были доставлены в королевское поместье Лефкара (Lefkara) и помещены под стражу [«Chronique d’Amadi», p. 291.].

Это еще не совсем конец о тамплиерах, если говорить об Amadi. В повествовании не упоминается о процессе тамплиеров на Кипре, но в нем отмечается, что 7 ноября 1312 года папский легат собрал духовенство и видных мирян в Никосийском соборе и зачитал им письма папы римского, в которых говорилось, что все владения тамплиеров должны были пройти госпитальерам [«Chronique d’Amadi», p. 395.]. Amadi сообщает о двух инцидентах с участием тамплиеров, которые могут вызвать изумление. Можно предположить, что твердая позиция Амори в проведении арестов и захвате их имущества оставила мало места для доброй воли и дальнейшего сотрудничества между его режимом и Орденом. Однако в 1310 году, после убийства Амори, рыцари, боровшиеся за возвращение короля, видимо опасались, что тамплиеры, удерживаемые в Хирокитии, могут быть завербованы их противниками, которых теперь возглавлял брат Амори, Эмери Лузиньян..И это вполне могло перерасти в вооруженное противостояние. Позднее, в 1311 году, Аймон де Уселе был назван руководителем группы бывших сторонников Амори, планировавших захватить королевство для его сына Хью, находившегося в то время в Киликийской Армении. Заговор был пресечен в зародыше и, кажется, именно этот эпизод, а не его положение как орденского сановника высшего ранга, привел его к заключению в Киринийском замке (Kerynia), где он и умер в 1316 году. Amadi утверждает, что многие тамплиеры умерли в Киринии, хотя другие источники указывают, что по крайней мере некоторые из арестованных на Кипре были отпущены обратно в места своего происхождения и с ними обращались снисходительно [«Chronique d’Amadi», pp. 360, 392, 398. О тамплиерах, репатриированных с Кипра, см. Alan Forey, The Fall of the Templars in the Crown of Aragon (Aldershot, 2001), pp. 216, 243 n. 53; Peter W. Edbury, «The Suppression of the Templars in Cyprus», St John Historical Society Proceedings (2003), 37-8 (for a French Templar, William of «Valdreys» or «Vadres», who reappeared in Burgundy in the 1330s).].

Поскольку большинство старших сановников, которые не были задержаны во Франции, находились на Кипре, события приобретали особую значимость. Многих членов Ордена на острове, вероятно, следует рассматривать как находящихся на действительной службе. Разумеется, как показал Алан Фори, количество тамплиеров, прослуживших в Ордене менее 10 лет на Кипре была гораздо больше по отношению к арестованным на Западе, и мы должны предположить, что эти люди были действительно моложе [Alan Forey, «Towards a Profile of the Templars in the Early Fourteenth Century», in MO, 1, pp. 198-200.]. Это количество было значительным — по Amadi — 83 рыцаря и 35 сержантов, из которых 42 рыцаря, 2 священника и 32 сержанта дали показания, зафиксированные в судебных документах [Trial in Cyprus, ed. Gilmour-Bryson, p. 31.]. Количество оружия и доспехов, найденных в штаб-квартире в Лимасоле, так же было велико. Все это говорит о том, что они вполне могли бы защитить себя в случае военного столкновения. Тем более, что многие из них были собраны в Лимассоле, а не разбросаны по своим поместьям. В источниках нет никаких намеков на то, что известия об арестах во Франции достигли Кипра еще до того, как Хетум вернулся с папскими письмами в мае 1308 года. Поэтому мы не имеем возможности узнать, были ли у руководства или членов Ордена какие-либо планы на случай непредвиденных обстоятельств. Можно было, конечно, предположить, что Амори предпочтет бросить вызов папским указаниям, и не станет действовать против своих собственных политических союзников. Особенно в то время, когда его власть уже начинала оспариваться представителями франкской элиты на Кипре. Как отметила Елена Николсон, если бы «правитель Кипра поддержал Орден, папе было бы трудно его распустить» [Helen Nicholson, The Knights Templar: A New History (Stroud, 2001), p. 228.].

Но правитель Кипра предпочел не поддерживать Орден. Может быть Амори понял, что таким образом возможно избежать погашения кредита, которой он получил от тамплиеров в 1306 году. А может быть рассчитывал заполучить в свои руки их имущество; может был рад избавиться от присутствия значительной вооруженной группировки, ему неподвластной. Но мне представляется, что существуют две другие, гораздо более важные причины, нежели перечисленные. Во-первых, бросая вызов папе, а заодно и королю Франции, Амори мог вызвать вооруженное вмешательство, которое возможно привело бы к окончанию правления Лузиньянов на Кипре в целом. Как бы то ни было, анжуйские короли Неаполя заявили права на другой титул Лузиньяна, как короля Иерусалима. И сделав подобное заявление, могли бы в этом случае рассчитывать на поддержку, как короля Франции, так и папы. Более того, эта идея, как казалось, имела в некоторых кругах на Западе актуальность, ввиду того, что французский король мог воспользоваться претензиями Бриенна на кипрскую корону — этот спор датирован 1260-и годами — и использовать это, дабы наделить троном своего младшего сына. Все это означало, что в случае возглавляемого Францией крестового похода на Восток, у короля Кипра могли бы быть серьезные основания для беспокойства. В августе 1308 года папа действительно провозгласил такой поход, начавшийся в следующем году [Edbury, Kingdom of Cyprus, pp. 107, 123.]. Вполне возможно, что Хетум, по возвращении на Кипр, мог рассказать Амори, что разговоры о крестовом походе уже витали в воздухе папского двора. Таким образом, нежелание противодействовать папе и страх перед возглавляемым Францией крестовым походом, в сочетании с признаками того, что его правление становится непопулярным, оказалось достаточным, чтобы Амори убедился в отсутствии иного пути, кроме как следования папским инструкциям. Письмо Амори к папе римскому, сообщающее о действительном выполнении инструкций по аресту тамплиеров — кстати, подтверждающее многие детали, описанные в Amadi — сохранилось. Как и другое письмо, из которого видно, что папа Климент передал это послание Амори Филиппу Красивому. Сохранившаяся копия письма Амори не датирована. Но тот факт, что он было доставлено папе, находившемуся тогда в Лузиньяне в Пуату, к 20 августа 1308 года, указывает, что письмо это было отправлено почти сразу после арестов [Vitae Paparum Avenionensium, ed. Etienne Baluze, new edn by Guillaume Mollat, 4 vols (Paris, 1914-27), vol. 3, pp. 84-6; cf. Claverie, L’ordre du Temple, vol. 3, p. 618, no. 715.]. Таким образом, как оказывается, Амори выказал повиновение из предосторожности и использовал аресты, дабы снискать расположение папы.

Вторая основная причина заключалась в том, что, хотя тамплиеры и поддерживали правление Амори, они не были интегрированы в кипрское общество. Судебные документы показывают, что некоторые отдельные тамплиеры были приняты в Орден на латинском Востоке, но все это неизменно были люди из Западной Европы и тамплиеры не набирали неофитов из числа франкской знати. Таким образом, не было видных семей, пожелавших бы встать на защиту тамплиеров по причине нахождения их родственников в Ордене [По словам Amadi (р. 267) маршал тамплиеров Аймон де Уселе был двоюродным братом видного кипрского дворянина Rupin of Montfort. Рупин был одним из первых вельмож, выступивших против Амори. Летом 1307 Аймону пришлось вмешаться, чтобы освободить его из заточения, после чего Амори отправил его в ссылку в поместье его матери в Лапте. Генеалогия семьи Монфор хорошо известна; если эти двое действительно были родственниками, их родство не могло быть близким. Сам Аймон был бургундцем: Claverie, L’ordre du Temple, vol. 1, p. 111. Рупин был назван одним из сторонников Генриха II: «Chronique d’Amadi», p. 392.]. Хотя и верно, что ни один из свидетелей, вызванных на процесс , не был готов подтвердить обвинения, выдвинутые против тамплиеров, все же позитивной поддержки явно не хватало. Действительно, семья Ибелин, которая в это время была самым блистательным дворянским домом Кипра, еще в 1270-х годах пыталась захватить часть тамплиерской традиции. Из версии Lignages d’Outremer, созданной в то время Ибелинами следовало, что Барисан, основатель этого дома, в начале XII века получил во владение замок Ибелин в благодарность за своей службу по сопровождению паломников из Яффы в Иерусалим [Lignages d’outremer, ed. Marie-Adelaïde Nielen (Paris, 2003), p. 60, cf. pp. 22-3. Об обстоятельствам дара Ибелина в 1144 году, см. Peter W. Edbury, John of Ibelin and the Kingdom of Jerusalem (Woodbridge, 1997), pp. 4-5.]. Традиция плохих отношений между тамплиерами и кипрской монархией, длившаяся, по крайней мере, до 1270-х годов, также могла повлиять на позицию дворянства, равно как и критика Ордена, о которой они могли знать из литературных произведений, таких, к примеру, как перевод со старо-французского знаменитой истории Вильгельма Тирского [Claverie, L’ordre du Temple, vol. 1, pp. 86-97; vol. 2, pp. 242-71; Peter W. Edbury, «The Old French William of Tyre and the Origins of the Templars», in Knighthoods of Christ: Essays on the History of the Crusades and the Knights Templar presented to Malcolm Barber, ed. Norman Housley (Aldershot, 2007), pp. 151-64; idem, «The Old French William of Tyre, the Templars and the Assassin Envoy», in The Hospitallers, the Mediterranean and Europe: Festschrift for Anthony Luttrell, ed. Karl Borchardt, Nikolas Jaspert and Helen J. Nicholson (Aldershot, 2007), pp. 25-37.]. Амори Лузиньян и его сподвижники, захватившие власть в 1306 году, считали тамплиеров своими политическими союзниками, но, очевидно, не считали их своими друзьями.

Эдбери П. У. / Peter W. Edbury The Arrest of the Templars in Cyprus