О мотивации участия госпитальеров и тамплиеров в IV Крестовом походе и его последствиях

Об участии Госпитальероов и Тамплиеров в IV Крестовом Походе и его последствиях

Насколько серьезно госпитальеры и тамплиеры были вовлечены в Четвертый Крестовый поход? Видимо, не очень. Они не упоминаются ни в одном из современных походу отчетов. Несколько свидетельств, датируемых периодом после завоевания Константинополя свидетельствуют о том, что члены обоих орденов сопровождали крестоносцев на Восток. И после крестового похода оба ордена получили территории в Греции.

Несмотря на то, что некоторые из территорий, отданных тамплиерам, были утрачены ими через нескольких лет, эти два ордена продолжали удерживать территории в этом регионе. Тамплиеры имели собственность в Греции вплоть до роспуска ордена в 1312 году, в то время как Госпитальеры владели территориями и интересами там до шестнадцатого века [Peter Lock, The Franks in the Aegean, 1204-1500 (London and New York: Longman, 1995), pp. 233-239; Peter Lock, “The Military Orders in Mainland Greece”, in The Military Orders: Fighting for the Faith and Caring for the Sick, ed. Malcolm Barber (Aldershot: Variorum, 1994), pp. 333-9; Kenneth M. Setton, Catalan Domination of Athens, 1311-1388, 2nd ed. (London: Variorum, 1975), p. 25; Anthony Luttrell, “The Principality of Achaea in 1377”, Byzantinische Zeitschrift, 57 (1964), pp. 340-5: reprinted in his The Hospitallers in Cyprus, Rhodes, Greece and the West, 1291-1440 (London, Variorum: 1978), XXII; Jonathan Riley-Smith, The Knights of St John in Jerusalem and Cyprus (London and New York: Macmillan, St Martin’s Press, 1967), pp. 359-60; Marie Luise Bulst-Thiele, Sacrae domus militiae templi Hierosolymitani magistri: Untersuchungen zur Geschichte des Templerordens 1118/19-1314 (Göttingen: Vandenhoeck und Ruprecht, 1974), p. 165 and notes 25-29; Malcolm Barber, The New Knighthood: A History of the Order of the Temple (Cambridge: Cambridge University Press, 1994), p. 245; Erhard Peter Opsahl, “The Hospitallers, Templars and Teutonic Knights in the Morea after the Fourth Crusade”, unpublished Ph.D. thesis, University of Wisconsin-Madison, 1994. Я благодарна доктору Опсала за предоставленную мне копию диссертации.]. Тевтонский Орден также участвовал в разделе собственности в Пелопоннесе, но поскольку его история хорошо освещена современными историками, я не буду подробно рассматривать ее здесь [см., в частности: Marjan Tumler, Der Deutsche Orden in Werden, Wachsen und Wirken bis zum 1400 mit einem Abriss der Geschichte des Ordens von 1400 bis zur neuesten Zeit (Montreal and Vienna: Panorama, 1955), pp. 65-8; Opsahl, “The Hospitallers, Templars and Teutonic Knights”, pp. 55-67.].

В этой статье я не буду приводить никаких новых доказательств или пытаться делать какие-либо поразительные новые выводы. История IV Крестового похода (1202-4 гг.) хорошо известна, а история франкских государств в «Романии», бывшей Византийской провинции на Востоке, была подробно описана современными историками [Donald E. Queller and Thomas F. Madden, The Fourth Crusade: the Conquest of Constantinople, 2nd ed. (Philadelphia: University of Pennsylvania Press, 1997); Peter Lock, The Franks in the Aegean, 1204-1500 (London and New York: Longman, 1995); Antoine Bon, La Morée franque; recherches historiques, topographiques et archéologiques sur la principauté d’Achaïe (1205-1430), 2 vols (Paris: E. de Boccard, 1969). О роли тамплиеров смотрите также: Bulst-Thiele, Sacrae domus, p. 156, note 30; по обоим орденам см.: Lock, Franks in the Aegean, p. 234.]. Цель этой статьи — собрать воедино первоисточники и выводы современных ученых, чтобы сделать обзор участия тамплиеров и госпитальеров в четвертом крестовом походе и, особенно, его последствий, и выяснить, что ордены получили от него. Это особенно важно для истории госпитальеров, чье присутствие в Пелопоннесе в конце четырнадцатого века был значимым как для региона, так и для ордена.

Я начну с изучения роли орденов в крестовом походе, перейду к рассмотрению того, какие дарения они получили после него и завершу рассмотрением того, почему они оказались в этом районе.

Тамплиеры и госпитальеры были военно- религиозными орденами, первоначально созданными для охраны и ухода за паломниками, следующими в Святую Землю почтить христианские святыни. К концу XII века оба ордена были вовлечены в организацию крестовых походов: оба сыграли важную роль в III Крестовом походе 1189-92 гг. и немецком крестовом походе 1197-8 гг. Они были причастны к процессу проповеди IV Крестового похода и к сбору денег для него, а также к сопровождению денежных средств и других припасов на Восток [Alfred A. Andrea, Contemporary Sources for the Fourth Crusade (Leiden: Brill, 2000), pp. 19, 30; Die Register Innocenz’ III, vol. 1, Pontifikatsjahr, 1198/1199, Texte und Indices, ed. Othmar Hageneder and Anton Haidacher (Graz and Cologne: Hermann Böhlaus, 1979), no. 336, p. 504; Die Register Innocenz’ III, vol. 2, Pontifikatsjahr, 1199/1200, Texte und Indices, ed. Othmar Hageneder, Werner Maleczek and Alfred A. Strnad (Vienna: Österreichische Akademie der Wissenshaften, 1979), nos. 180, 258 (270) pp. 495-6; Malcolm Barber, The New Knighthood: A History of the Order of the Temple (Cambridge: Cambridge University Press, 1994), p. 275.]. Первая информация о присутствии братьев военно- религиозных орденов Храма и Госпиталя среди крестоносцев поступает сразу после завершения похода. Из письма папы Иннокентия III от 7 ноября 1204 года к Балдуину Фландрскому, ставшему латинском императором Константинополя. Балдуин отправил Иннокентию письмо, в котором сообщил ему, что крестоносцы захватили Константинополь (13 апреля 1204 года). Писмо доставил брат-тамплиер Бароцци [Alfred A. Andrea, Contemporary Sources for the Fourth Crusade (Leiden: Brill, 2000), p. 113; Patrologia Latina, ed. J.-P. Migne, 217 vols and 4 vols of indexes (Paris, 1844-64) [в дальнейшем цитируется как PL], vol. 215, cols 454-5, year 7, no. 153; Die Register Innocenz’ III, vol. 7, Pontifikatsjahr, 1204/1205, Texte und Indices, ed. Othmar Hageneder, Andrea Sommerlechner and Herwig Weigl (Vienna: Österreichische Akademie der Wissenshaften, 1997), p. 262, lines 25-6, no. 153.]. В другом письме примерно в то же время Папа Иннокентий пожаловался подесте и жителям Генуи, что Балдуин доверил брату Бароцци подарки для папы римского, в том числе карбункул, стоимостью в 1000 серебряных марок, драгоценный перстень и алтарные ткани, а также подарки для ордена Храма: две иконы, реликвии Истинного Креста, множество драгоценных камней, два серебряных кубка и другие ценные подарки. В порту Модоне на юго-восточном побережье Пелопоннеса, двое граждан Генуи с семью галерами забрали все эти вещи у брата Бароцци. Modone были передан Венеции императором летом/осенью 1204. Венеция и Генуя были соперниками, если не сказать, что находились в состоянии войны. И поэтому ясно, что эти рейдеры считали добычу честно выигранной в бою. Несмотря на призывы брата Бароцци, они отказались вернуть подарки. Папа Иннокентий приказал пиратам передать свою добычу архиепископу Генуэзскому, иначе они будут отлучены от церкви, а на город будет наложен интердикт [PL, vol. 215, cols 433-4, Innocent III, “Liber regestorum”, year 7, no. 147; Die Register Innocenz’ III, vol. 7, no. 147, pp. 234-6 and note 6.]. 13 ноября он написал поздравительные письма духовенству, сопровождавшему армию крестоносцев. Письма разослали с «тамплиерами и прочими благородными легатами» [Письмо приведено в PL, vol. 215, col 455, year 7, no. 30; Die Register Innocenz’ III, vol. 7, no. 154. Информацию, что их везли тамплиеры, см: “Magistri Tolosani Chronicon Faventinum”, ed. Giuseppe Roseini, Rerum Italicarum Scriptores: Raccolta degli storici Italiani dal cinquecento ad millecinquecento, ed. L. A. Muratori, new edn ed. G. Carducci, V. Fiorini, P. Fedele (Bologna, 1900ff), 28.1, p. 102.].

Тот факт, что у Балдуина в его окружении находился тамплиер , которому он мог доверить свое письмо к Иннокентию, плюс тот факт, что Ордену Храма причиталась своя доля подарков, которые вез брат Бароцци, предполагает, что некоторое количество тамплиеров сопровождали крестовый поход. Еще одно свидетельство тому — письмо Генриха, брата Болдуина, написанное 5 июня 1205 года, в котором папе сообщалось о поражении Балдуина и взятии его в плен у Адрианополя болгарским царем Калояном. Генрих писал, что все христиане, живущие на Востоке, «и особенно достопочтенные братья Храма и Госпиталя, которые с нами», утверждали, что объединение Восточной и Западной Церкви, которое произошло после захвата Константинополя, будет способствовать освобождению Святой Земли и разгрому всех язычников, под которыми он имел в виду нехристиан [PL, vol. 215, col 708, year 8, no. 131, vol. 217, col. 294, supplementum, no. 7; Die Register Innocenz’ III, vol. 8, Pontifikatsjahr, 1205/1206, Texte und Indices, ed. Othmar Hageneder, Andrea Sommerlechner (Vienna: Österreichische Akademie der Wissenshaften, 2001), p. 242, lines 9-13, no. 132 (131).].

Не исключено, что это были «местные» братья. У госпитальеров имелся госпиталь в Константинополе, управляемый приором, предназначенный, по-видимому, для ухода за латинскими паломниками, идущими сухопутным путем в Иерусалим. Но приют был разграблен во время антилатинских беспорядков 1182 года. И хотя госпитальеры к 1203 году все еще имели церковь в Константинополе, неясно, что стало с тем госпиталем. Тамплиеры также имели собственность в Византийской империи до 1204 года. И опять же, предположительно, для ухода за западноевропейскими паломниками на пути к Святой Земле [Riley-Smith, Knights of St John, pp. 334, 359; Cartulaire général de l’ordre des Hospitaliers de Saint-Jean de Jérusalem, 1100-1310, ed. Joseph Delaville Le Roulx, 4 vols. (Paris: Ernest Leroux, 1884-1906), no. 627, vol. 1, p. 427. See also Anthony Luttrell, “The Hospitallers in twelfth-century Constantinople”, in The Experience of Crusading, vol. 1, ed. Marcus Bull and Norman Housley (Cambridge: Cambridge University Press, 2003), pp. 225-32. Я благодарна доктору Люттреллу за то, что он разрешил ознакомиться с его работой до ее публикации. Мари Луиза Булст-Тиль не нашла такой информации о тамплиерах и сделала вывод, что они не имели земель в Греции до 1204: Bulst-Thiele, Sacrae domus, pp. 137-8 and note 15. Тем не менее, Энтони Люттрелл сообщает, что тамплиеры имели более обширные владения в Греции до 1204 года, чем госпитальеры. О тамплиерах Константинополя в 1188 см. Roger of Howden, Gesta Henrici secundi: the Chronicle of the Reigns of Henry I and Richard I, AD1169-1192, ed. William Stubbs, 2 vols., Rolls Series 49 (London: Longmans, 1867), vol. 1, p. 52; Roger of Howden, Chronica, ed. William Stubbs, 4 vols, Rolls Series 51 (London: Longmans, 1868-71), vol. 2, p. 385. Возможно, что этот тамплиер не был жителем Константинополя, а был посланником короля Франции Филиппа II.].

Не исключено также, что это были братья, приехавшие из Святой Земли в Константинополь, дабы оказать моральную поддержку крестоносцам. Тем не менее, наиболее вероятным объяснением является то, что это были братья, которые сопровождали крестоносцев. Для тамплиеров и госпитальеров было нормальным путешествовать с Запада вместе с крестоносцами на пути в Святую Землю; это был удобный способ для орденов вывести своих братьев на Восток. Так было и во время Второго крестового похода и во время Третьего [Odo of Deuil, De profectione Ludovici VII in orientem: the Journey of Louis VII to the East, ed. and trans. Virginia Gingerick Berry (New York: W.W. Norton, 1965), pp. 29n, 53-5, 124, 134-5; Roger of Howden, Chronica, ed. William Stubbs, 4 vols, Rolls Series 51 (London: Longmans, 1868-71), vol. 3, pp. 58, 116.].

Брат Бароцци был веницианцем, владельцем Санторини и Терасии, и бывшим командором Храма в Ломбардии. Кажется, что скорее всего, он сопровождал крестоносцев из Венеции на Восток [Andrea, Contemporary Sources, pp. 113-14, note 425; Die Register Innocenz’ III, vol. 7, no. 147, p. 235 lines 4-5 and note 3.]. Но это не означает, что все эти братья сражались во время захвата Константинополя; в письменных источниках современников и очевидцев нет упоминания об этом. Они, вероятно, действовали как и другие священнослужители и держались подальше от боевых действий. Ясно и то, что, как и другие религиозные ордена, они получили часть добычи этого крестового похода.

Сохранилось несколько актов дарения Храму и Госпиталю с периода непосредственно после IV крестового похода. О некоторых территориях мы знаем только потому, что их забрали обратно, или потому, что ордены были вовлечены в споры из-за них. А об иных по подтверждению фактов их дарений папой римским. Так, 31 октября 1208 года, например, папа Иннокентий III подтвердил магистру и братьям Храма заморскую Саталию (Satalia) со всем, что в ней было, и что было передано им Балдуином Фландрским, первым латинским императором Константинополя [PL, 215, cols 1019-20, year 9, no. 180.]. Неясно только, какая Саталия (Satalia) подразумевалась. Археолог и историк Питер Лок предположил, что это могло быть в Эвбее/ Euboea (Негропонте/Negroponte), или это могла быть Саталия/Анталья (Satalia /Antalya), ныне находящаяся на юго-западе Турции и это являлось частью грантов еще непокоренных земель, которые Балдуин раздавал в соответствии со своими территориальными амбициями [Lock, Franks in the Aegean, pp. 236-7.]. Такая практика предоставления военным орденам земель, которые еще не были завоеваны, была распространена и уже практиковалась в Испании и на латинском Востоке [Alan Forey, The Templars in the Corona de Aragón (London: Oxford University Press, 1973), pp. 24-5; Riley-Smith, Knights of St John, pp. 55-6.]. Однако, в таких случаях в актах дарения обычно отмечалось, что имущество, о котором идет речь, должно было быть еще завоевано или находилось в руках врага или что-то в этом роде; но в подтверждениях Иннокентия не упоминалось об этом. Поэтому неясно, что же на самом деле было отдано тамплиерам.

Дарения Балдуина I, очевидно, были сделаны еще до его смерти в июне 1205 года. В марте 1205 года Балдуин передал госпитальерам четверть герцогства Неокастро (Neocastro) в Анатолии, возможно, в районе Пергама (Bergama /Бергама, ныне на западе Турции), по религиозным мотивам [Cartulaire, no. 1213, vol. 2, p. 48; Luttrell, “Hospitallers in twelfth-century Constantinople”, Alan Forey, “The Military Orders and Holy War Against Christians in the Thirteenth Century”, English Historical Review, 104 (1989), 1-24; reprinted in his Military Orders and Crusades (Aldershot: Variorum, 1994), VII: here 2.]. Опять же, поскольку эта область не находилась под контроль крестоносцев, дар так и не вступил в силу. Он не требовал, чтобы орден завоевал что-либо взамен. Но, опять же, он, возможно, был частью экспансионистских амбиций императора в Малой Азии.

Следующая группа дарений известна нам лишь потому, что их забрали. В сентябре 1210 папа Иннокентий III писал архиепископу Афин и Neopatras и епископу Daulia о жалобах братьев Храма на то, что император Константинополя отобрал у них место, называемое Sydoni (историки в целом согласны, что это Ламия/Lamia, в Восточной Греции) [Ныне Zeitounion, в Средние века его еще называли Citó: Kenneth M. Setton, Catalan Domination of Athens, 1311-1388, revised edn (London: Variorum, 1975), p. 104.], которое было даровано им из благочестия (intuitu pietatis) Guido Pellavicino и Amedée de Pofoy, коннетаблем покойного маркиза Бонифация Монферратского/ Boniface of Montferrat (одного из руководителей IV крестового похода), и где они построили замок для обороны области, pro defensione terrae, «не без больших трудозатрат и расходов». Это странное утверждение, поскольку замок в Ламии ( Lamia) был построен византийцами и не мог требовать больших трудов и расходов, чтобы сделать его более обороноспособным.

Император отдал этот замок одному из своих дворян, который отказался вернуть его храмовникам [PL, vol. 216, col. 323, year 13, no. 136: Lock, Franks in the Aegean, p. 234; Forey, “Military Orders and Holy War”, 3.]. Тамплиеры также жаловались Иннокентию, что император Генрих захватил Равеннику (Ravennika), место рядом с Сидони (Sydoni), которое было даровано им маркизом Бонифацием Монферратским (Boniface of Montferrat), очевидно, перед его смертью, в сентябре 1207 года [PL, vol. 216, col. 324, year 13, no. 137; Lock, Franks in the Aegean, p. 59; Bulst Thiele, Sacrae domus, p. 165, note 28.].

Орден не вернул эти территории. В октябре 1211 года папа Иннокентий написал императору Генриху письмо с просьбой вернуть замок «Ситум» (Situm), что рядом с Равеникой, тамплиерам. Должно быть это была латинизированная форма «сито», бывшая другим названием Ламии (Lamia). Папа Римский жаловался, что хотя он и часто писал Генриху по этому вопросу и император должен был бы прилагать все усилия, чтобы удержать «Романию», «главным образом для того, чтобы мы могли более благотворно помогать Святой Земле», император был глух к нему. Поскольку тамплиеры больше никогда не были обозначены в этой области, мы можем предположить, что Генрих продолжал игнорировать орден [PL, vol. 216, col. 470, year 14, no. 109.].

Питер Лок связал дарения и потерю этих территорий с интересами Ломбардии в Латинской Империи. Он утверждает, что поскольку брат Бароцци, посланец императора Балдуина I, был бывшим командором Храма в Ломбардии, то он, вероятно, сопровождал крестовый поход в свите Бонифация Монферратского. После захвата Константинополя Бонифаций завоевал Фессалоники и проник в Центральную Грецию. Дарения Sydoni и Ravennika, находящихся в восточной части центральной Греции, были сделаны Бонифацием его ломбардским союзникам. В сентябре 1207 Бонифаций был убит. Остался сына младенцем, и группа дворян из Северной Италии сформировала регентский совет. К нему относились Amedée de Pofoy и Guido Pellavicino, те, кто отдал Sydoni к храмовникам. Лок утверждает, что эти дворяне хотели сделать монферратские владения независимым государством. В декабре 1208 года Император Генрих вступил в Фессалоники и увердил имперскую власть над этими владениями. Лок предположил, что Генрих конфисковал эти территории тамплиеров, дабы утвердить свою власть и наказать тамплиеров за поддержку этих ломбардцев, выступивших против него [Lock, Franks in the Aegean, pp. 58-9, 234-5.].

Лок также связывает эти проблемы тамплиеров с маркизой Монферратской. Маргарита Венгерская, вдова Бонифация, осталась регентом после смерти мужа. На следующий день после того, как Иннокентий написал о Sydoni и Ravennika, он написал архиепископам Neopatras и Larissa, а также избранному епископу «Citrensi» о том, что маркиза отдала тамплиерам собственность, которую ее муж уже ранее передал им [PL, vol. 216, cols 330-1, year 13, no. 152; Lock, Franks in the Aegean, p. 235.].

Из этих документов не ясна цель первоначальных дарений тамплиерам в Центральной Греции. Поскольку тамплиеры укрепили Сидони / Ламию (Sydoni/Lamia), возможно, им передали земли, чтобы помочь защищать католические завоевания от греков. Однако Орден не был создан для борьбы с христианами: его призванием было защищать Святую Землю и все доходы должны были идти лишь на эти цели. Более того, в письме Иннокентия III не говорится, что Орден должен был сражаться с греками. Это означает, что Орден построил замок по необходимости, а не потому, что дарения предназначалось для этой цели. Учитывая постоянные нападения греков на франкские завоевания, укрепление было практической необходимостью. Насколько я знаю, тамплиеры не укрепляли другую собственность в этом районе.

О других дарениях известно, потому что они позже были оспорены. В октябре 1210, Иннокентий написал епископам Daulia и «Zaratoriensis» [Lock suggests this is Askra: Lock, Franks in the Aegean, p. 208.] и только избранному епископу «Nazoriensis» (??Кастория/Kastoria??), что Ravanno, правитель Негропонте (Эвбея, теперь Évvoia), отнял у тамплиеров некоторое имущество, переданное им Иаковом (James), покойным правитель Avesnes. Опять же, дворянин Ni. из St. Amero, епархия Фив, оспорил земли тамплиеров , отданных им по милосердию Роландино ( Rolandino) и его братом Альбертино ( Albertino) [PL, vol. 216, col. 331, year 13, nos 153-4.]. Мы больше не слышали об этих территориях, поэтому не знаем, восстановили ли их тамплиеры.

Видимо из-за подобного рода проблем, тамплиеры и стремились получать папское подтверждение других дарений, в Романии. В конце сентября 1210 года папа Иннокентий подтвердил ряд дарений: церковь Св. Люси называемой в Греции Fota недалеко от города Фивы и дом Philokalia в Фессалониках, данное им Бенедиктом, кардиналом-священником Св. Сусанны, в бытность его папским легатом в Романии, в качестве помощи Святой Земле (ad terrae santae subventionem) [PL, vol. 216, cols 327-8, year 13, nos 143, 145; Lock, Franks in the Aegean, p. 235; Forey, “Military Orders and Holy War”, 2.]. Rolandino и Albertino, взявший фамилию «из Каноссы», вместе с Hugh de Colongi, отдали землю «of Rupe» и Иоанна, сына Николая де Вианета (Nicholas de Vianet) и его братьев и сестер с их владениями. «Rupe» была крепостью возле Sykamino, в районе Оропос ( Oropos) на побережье Аттики [PL, vol. 216, col. 328, year 13, no. 144; Lock, Franks in the Aegean, p. 235, citing Léon Legrand, “Relation du pèlerinage à Jérusalem de Nicolas de Martoni, notarie italien (1394-1395)”, in Revue de l’orient latin, 3 (1895), 566-669, here 655. В ней говорится, что Rupis был замков бандитов возле ‘Zucchamini’, очевидно Sykamino.]. В Ravanno дворянин, покойный Джеймс Авен (James of Avesnes) и Губерт ( Gubert) передали тамплиерам дом Lagnan и деревню Oizparis в Негропонте, и еще некоторую недвижимость [PL, vol. 216, cols 328-9, year 13, no. 146; Lock, Franks in the Aegean, p. 235.]. Покойный архиепископ Фивский отдал тамплиерам сад для прогулок в Фивах, когда был избран туда архиепископом. Это дарение датируется августом 1206 года [PL, vol. 216, col. 329, year 13, no. 147; Lock, Franks in the Aegean, p. 235.]. В Пелопоннесе они получили три района, или деревни: дворянин Уильям де Реси ( William de Resi) отдал им деревню Pasalan, а Гуго де Безансон ( Hugh de Besançon) передал им поселение Paliopolin (крепость?). Оба дарения подтверждается их правителем, Жоффруа де Виллардуэн ( Geoffrey de Villehardouin) [PL, vol. 216, col. 329, year 13, nos 148-9; Lock, Franks in the Aegean, p. 235; Bon, La Morée franque, p. 100.]. Наконец, Уильям де Шамплитт ( William de Champlitte) отдал им деревню под названием Лаффустан или Луффестан (Laffustan/ Luffestan) [PL, vol. 216, col. 330, year 13, no.150; Lock, Franks in the Aegean, p. 235; Bon, La Morée franque, p. 100.].

До сих пор эти дарения были в основном собственностью, которую Орден получал и на Западе: деревни, доходы от которых извлекались от ведения сельского хозяйства, от крепостных, недвижимости и церквей. Цель дарения сада менее ясна; возможно, он планировался для выращивания фруктов? Ордену была так же дарована церковь в Фивах. Кроме того, они получили обитель Жерокомион (Gérokomion, недалеко от Патр/Patras) и аббатство Провата (Provata), оба из которых были оспорены архиепископом Патрским. В случае с Gérokomion тамплиеры в конечном итоге доказали свои права [PL, vol. 216, cols 331-3, 471, year 13, nos 155-6, year 14, no. 111; see also Lock, Franks in the Aegean, pp. 229, 235; Bulst Thiele, Sacrae domus, p. 165, note 28; Bon, La Morée franque, pp. 92, 100.]. Единственным имуществом, которое определенно имело военное значенияе, был замок, который тамплиеры построили или перестроили в Сидони / Ламия. Это было весьма здравое решение построить замок на спорной территории.

Некоторая дополнительная информация доступна из описания средств, предоставленных военным орденам в Пелопоннесе, иначе известном как Ахайя (Achaia) или, как ее называли крестоносцы, Морея (Morea). Французская и греческая Хроника Мореи (Chronicles of the Morea) сообщают, что в 1209 году, когда Морея был завоевана франками, Ордену Святого Иоанна была дана оплата за четырех рыцарей, Храму тоже за четырех и он должен был поднять знамя (то есть, предполагалось нести военную службу). И Тевтонскому Ордену дали за четырех для удержания территории «Каламата» ( Kalamata) в Мессении (Messenia), на юго-западе Пелопоннеса. Другие религиозные братства также получили аналогичные субсидии. Храм и Госпиталь не были обязаны нести гарнизонную службу, но они были обязаны действовать во всех отношениях, как светские вассалы, оказывая военную помощь и принимая участие в набегах и сражениях, когда это было нужно правителям и стране [Crusaders as Conquerors: the Chronicle of the Morea, trans. Harold E. Lurier (New York and London: Columbia University Press, 1964), pp. 127, 130; Livre de la conqueste de la princée du l’Amorée. Chronique de la Morée (1204-1305), ed. Jean Longnon (Paris: Renouard, 1909), pp. 40-41, section 121, and p. 45, note 5.]. Все версии летописей на итальянском, французском, греческом и арагонском языках были написаны спустя столетие после этих событий, но французская и греческая версии в значительной степени согласованы, и историки считают их надежными [Livre de la Conqueste, ed. Longnon, p. xxxi; Crusaders as Conquerors, ed. Lurier, pp. 35-52; Bon, La Morée franque, pp.102 and note 4.].

Греческая версия «летописи Мореи» повествует о том, что Жоффруа I де Вилардуен (Geoffrey I de Villehardouin), принц Ахайи или Мореи (1209-28), отдал Церкви одну треть своих завоеваний и попросил епископов, священников и военно-религиозные ордена предоставить ему военную помощь, дабы завершить свое завоевание Мореи. Они отказались, утверждая, что они владеют своими землями непосредственно от папы и не обязаны служить князю. В ответ Жоффруа захватил все земли Церкви и в течение трех лет использовал доходы от них, чтобы построить замок на западном побережье Мореи — крепость Хлемутси или Клермон (Chlemoutsi/Clermont). Через три года он отправил посланцев к папе римскому для переговоров, указав, что если Мореа не будет защищена от греков, то Латинская Церковь рискует потерять там все свое имущество. Папа согласился. Жоффруа достиг соглашения с архиепископом Патрским, епископами, командором Храма и командором Госпиталя в Мореа, в соответствии с которым священнослужители и военные ордена согласились служить в его армии, как и другие миряне, за исключением замковой охраны. И после этого их земли были возвращены им [Bon, La Morée franque, p. 95; Crusaders as Conquerors, ed. Lurier, pp. 148-51.]. В 1258 году, когда Жоффруа де Вилардуен (William de Villehardouin), принц Ахайи, отправился воевать с Ги де ла Рошем, правителем Афин, он созвал знаменосцев, рыцарей, епископов, тамплиеров и госпитальеров и всех граждан для участия в этой экспедиции [Crusaders as Conquerors, ed. Lurier, p. 167; Lock, Franks in the Aegean, p. 91.]. Однако в других случаях, тамплиеры и госпитальеры не были отмечены, как играющие какую-либо военную роль в Морее, в то время как Тевтонский Орден рассматривался только для возможной защиты замка Хлемоуци (Chlemoutsi), «если это было бы необходимо» [“si expedierit pro defensione ipsius castri”: Tabulae Ordinis Theutonici: ex tabularii regii Berolinensis codice potissimum, ed. Ernestus Strehlke; preface to new edn Hans E. Mayer (Toronto: University of Toronto Press, 1975), p. 134, no. 133. См. также Forey, “Military Orders and Holy War”, 3; Alan Forey, The Military Orders: From the Twelfth to the Early Fourteenth Centuries (Basingstoke: Macmillan, 1992), p. 38; Lock,Franks in the Aegean, p. 236.].

На самом деле мы не знаем, какие территории получили военные ордена в результате этой политики выдачи всем орденам «четырех фьефов». Антуан Бон отметил, что в начале X века госпитальеры владели Пикотином (Picotin) недалеко от Палеополиса (Palaiopolis), в Западной Морее и предполагал, что это, возможно, и был один из этих фьефов. В свою очередь, он мог принадлежать и тамплиерам и перешел к госпитальерам после роспуска Ордена Храма в 1312 году. Три деревни, акт дарение которых тамплиерам подтвердил папа Иннокентий III, возможно, были включены в их четыре фьефа, в то время как Тевтонский Орден имел земли вблизи Каламаты (Kalamata ) [Bon, La Morée franque, p. 100.Свидетельства о собственности Госпиталя в Пикотине около Палеополиса в районе Элиса (Elis) западной Мореи — это конец четырнадцатого века. Libro de los Fechos del principado de la Morea, ed. Alfred Morel-Fatio, Société de l’Orient Latin, série historique 4 (Geneva: Jules-Guillaume Fick, 1895; repr. Osnabrück: O. Zeller, 1968), section 588, p. 129. Этот текст был написан в 1393 году и гласит, что на момент написания Пикотин принадлежал Ордену Святого Иоанна. См. Также: Opsahl, “The Hospitallers, Templars and Teutonic Knights”, p. 50. Лок предполагает, что Пикотин идентичен поселению под названием Палиополин (Paliopolin), переданному тамплиерам Хью де Безансоном ( Hugh de Besançon) в начале XIII века: Lock, Franks in the Aegean, p. 237, note 70.]. Марьян Тумлер (Marjan Tumler) установил, что Тевтонский Орден имел командорства в Mostenizza и в Modone. Жоффруа II де Виллардуэн (Geoffrey II de Villehardouin) отдал ордену больницу Св. Иакова (St. James) в Андравиде (Andravida), но папа был против дарения и позже ее передали тамплиерам [Tumler, Der Deutsche Orden in Werden, Wachsen und Wirken, pp. 65-8; в госпитале Св. Иакова в Андравиде (St James of Andravida) смотрите также мою статью: “Templars, Hospitallers and Teutonic Knights: Images of the Military Orders, 1128-1291” (London: Leicester University Press, 1993), p. 26 and note 87 on p. 145; Bon, La Morée franque, p. 100; Les registres d’Innocent IV, ed. Élie Berger, Bibliothèque des Écoles françaises d’Athènes et de Rome, 4 vols (Paris: E. Thorin, 1884-1921), no. 2869, vol. 1, p. 429; Livre de la conqueste, p. 212; Crusaders as conquerors, p. 290.].

Записи греческой Хроники Мореи рассказывают о том, почему военные ордена получили земли в «Романии» и почему некоторые из них были впоследствии возвращены светскими правителям. Дарения были как благодарность Богу за успех франкского завоевания. Поскольку военные ордена были ответственны за защиту Святой Земли и крестовый поход первоначально намеревался как помощь Святой Земле и, как утверждалось, таки помог, завоеванием Константинополя. В этом случае было разумно передать по крайней мере часть этой благодарности военным орденам. Военные ордена считали, что дарения исходили от папы, а не от местного светского правителя. (Обратите внимание, как тамплиеры искали папского подтверждения полученных ими даров.) Они не считали себя обязанными нести военную службу в обмен на свою землю. Поскольку греки сопротивлялись, а франкские правители нуждались в воинах, эта ситуация была для последних неприемлема. Таким образом, они конфисковали земли военных орденов, а также других религиозных домов и епископов, как это сделал Жоффруа де Вилардуин (Geoffrey I de Villehardouin ). В случае с Жоффруа было достигнуто соглашение, в соответствии с которым ордена стали выполнять ограниченную военную службу. Следует подчеркнуть, что это была светская, а не священная война; она не была частью специализации военных орденов, но это была нормальная военная служба, ожидаемая от военных землевладельцев. В других областях, как в Негропонте и Sydoni/Ламия, договоренность не была достигнута и орденам не вернули их владения.

Страница 1 из 3123